Подхватила с прикроватного столика все еще выключенный телефон, накинула очередную безразмерную футболку Стаса, на этот раз фисташкового цвета и с птичкой из Angry Birds, и, зевая, отправилась на кухню.
Странно, что кошки не летели туда же, сбивая меня с ног. Анфиса уже успела их покормить? Но разве это повод не требовать второй завтрак?
Все стало понятно, когда на кухне я увидела худенькую большеглазую блондинку в джинсовом комбинезоне оверсайз и полосатой розовой футболке. Она сидела на подоконнике, грела в ладошках пестрый стаканчик с логотипом дорогой кофейни, а на столе перед ней была приглашающе распахнута коробка с разноцветными эклерами.
– Доброе утро, Ярина! – сказала она, протягивая мне маленькую узкую ладонь. Я не стала ее пожимать, но девушку это не смутило. – Я Сашенька. Угощайся. Вот, купила тебе апельсиновый раф, надеюсь, угадала.
И она придвинула ко мне второй разноцветный стаканчик с кофе.
Ну, я как-то привыкла пить кофе из «Кофикса». Дешевый, но вкусный. Какой, к черту, раф. Не жили хорошо, незачем и начинать. Особенно в такой компании.
Я прислонилась плечом к дверному косяку и сложила руки на груди, ожидая продолжения.
Может быть, она расскажет, зачем пришла?
И как сюда попала.
Почему вдруг сейчас – я и сама догадалась. Вот они – последствия публичности.
Она так и пояснила:
– Увидела сюжет о вашей помолвке в новостях, решила забежать в гости к бывшему мужу, поздравить. А с тобой поговорить… – Она сделала медленный глоток кофе из своего стаканчика и веско уронила еще одно слово: – Предупредить.
Я не стала принимать предложенный легкий тон и переходить на «ты». Все-таки она старше меня лет на пять, если не больше. Надо уважать такую разницу в возрасте. Спросила:
– Думаете, в этом есть смысл?
– Думаю… – начала она, и немного робкая, наивная улыбка на ее нежном личике сменилась скорбно поджатыми губами. – Если бы бывшие девушки и жены предупреждали актуальных о тех сложностях и опасностях, которыми грозят отношения с конкретным мужчиной, можно было бы избежать множества трагедий.
Она была совершенно очаровательна, тут я Стаса могла понять. Очень милое создание. Говорит нежным голосом. Кожа полупрозрачная, как фарфоровая. Одежда выглядит так, будто куплена час назад и тогда же идеально выглажена. Такие девочки бесили меня с самого детства – когда выходили гулять во двор в пышных розовых платьях и умудрялись, даже провозившись в песочнице полдня, уйти все в том же безупречном виде, даже гольфики не сползли.
Но это просто зависть.
– Я понимаю, ты думаешь, что я просто брошенная жена, которая завидует твоей молодости и красоте, – продолжила Сашенька, и я скривилась, чувствуя еще большее раздражение от такого явного передерга. Стою тут в растянутой футболке перед ее безупречностью. Конечно, это она мне завидует, а как же! – Когда я шла сюда, я была готова к тому, что вы меня не захотите слушать. Это нормально. Но если вы вспомните мои слова, когда что-то в вашей семейной жизни пойдет не так, и они помогут вам не винить себя – я буду знать, что не зря унижалась.
Я сама могла бы сказать что-то подобное про Артема. Той же Алине. Как жаль, что его бывшая не сказала это в свое время мне.
Очень правильные слова. Если женщины начнут доверять друг другу, гораздо меньше мудаков будут портить им жизнь.
Но что-то было сильно не так. Очень сильно. Моя интуиция вопила как резаная и отказывалась считать мою неприязнь к Сашеньке ревностью.
Сашенька бросила на меня грустный взгляд, отпила еще один крошечный глоточек, и меня снова передернуло. Такие аккуратные мелкие жесты, очень женственные и изящные. Она даже язык наверняка показывает самым кончиком, очень аккуратно.
Мужчины сходят от таких женщин с ума. А я себя рядом с ними чувствую наспех вылепленным корявым големом рядом с золотой статуэткой.
– Давай начну с конца, так тебе проще будет понять, – вздохнула Сашенька, поворачиваясь ко мне нежным профилем. Она хлопнула длиннющими ресницами, словно неловко смаргивая слезы, и надтреснутым колокольчиком проговорила: – Мой муж бросил меня, как только я забеременела.
Я покачнулась, но вовремя вцепилась пальцами в косяк. Стас умолчал об этом, до темы ее беременности, так щедро анонсированной в СМИ, мы так ни разу и не добрались. Пожалуй, ему стоило начать с этого, объясняя мне, почему же он мудак.
– Он никогда меня не любил. Я знала это. – В ее огромных глазах блеснули слезы. – Я была готова к этому. Все ему прощала – и что женился только ради денег и связей моего отца, и что от меня ему нужен был только секс, причем всякие извращения, и побольше. Когда я предлагала то, что увидела в самых темных закоулках порносайтов, – вот тогда у него глаза загорались! А без этого я его только бесила.
Сашенька отвернулась и прерывисто вздохнула. Обняла себя за плечи, отставив стаканчик, сгорбилась. Такая тонкокостная бедная птичка. В этот момент я понимала Стаса. Если бы я была мужчиной, я бы уже бросилась утешать ее, сцеловывать слезы и бить морды обидчикам.
