При проведении утреннего осмотра в роте запросто можно было найти в тумбочках у таджиков, узбеков, дагестанцев, азербайджанцев или чеченцев отрезанное ухо в пакете, фото с отрезанными головами душманов, фото с пытками и прочее. Лейтенант из 2-й роты Габдрахманов во время прошлогодних боёв в Панджшерской долине сбрасывал пленных в ущелье, кладя им в карманы взведенные гранаты, и те даже до земли не долетали, а о похоронах для встречи с Аллахом и речи не шло. Габдрахманова как-то с группой зашёл в долине за дувал в один из дворов, надеясь там прихватить овец, а увидели трёх молодых женщин, двух древних седобородых стариков аксакалов и шестерых или семерых детишек лет шести — восьми. Один из сержантов-уйгуров сказал, что молодки хороши, и на глазах аксакалов и детей, присланные Горбачёвым азиатские и кавказское солдаты начали изуверски насиловать женщин-таджичек, по своему прошлому опыту уже зная о своей полной безнаказанности, зная, что ни здесь, ни в Союзе советской власти уже нет, а горбачёвцы и их союзники в республиках ведут грабёж и делёж сталинского наследия. Неизвестно, сколько такие же кавказцы, азиаты и западные украинцы в составе сталинской армии изнасиловали немок в 1945 году, чуть не всем прогрессивным миром тех немок считали спустя десятилетия, мстили ложью за то, что при Сталине его маршалы и генералы Жуков, Рокоссовский, Чуйков репрессировали насильников, в том числе расстреливали перед строем части, и дома с изнасилованными немками и их детьми никто не сжигал, а детей кормили из полевых кухонь, а не свинцом в голову как при Горбачёве — человеке всём в крови, а вот солдаты, офицеры и генералы его армии не репрессировались за свои злодеяния, наоборот, безнаказанностью, повышениями и наградами поощрялись к рецидивам: его спецназ КГБ и ГРУ под грязную ложь о Сталине и его государстве зверствовал как фашистские каратели. Потому что сталинская армия была армией-освободительницей простого народа от фашизма, а армия андроповско-горбачёвская была армией фашистской против простого народа своего и чужого. Отсюда разница во всём в двух войнах, хотя армия номинально была одна и та же — Советская армия…
Вот и тогда детишки сбились в угол, кричали и визжали, пытаясь хоть как-то помочь матерям. Старики полуоглушённые ударами прикладов, дрожа, молились в крови, прося Аллаха о пощаде, спасении и достойной смерти. Через два часа лейтенант устал и скомандовал своим нукерам:
— Огонь!
Он первым выстрелил в женщину, только что им изнасилованную. Затем преступник слили из бензобака БМП горючее, облили трупы, забросали их одеждой и тряпьём, скудной деревянной мебелью и подожгли. Другой случай был уже при Андрее на реке Горбанд, впадающей в Панджшер. Поехал он с Гасымова и дагестанцем Сулиевым, отправленным через два дня в госпиталь с оторванной ногой на мине, на водовозке. Стали они долго черпать воду вёдрами. На другом берегу девчонка совсем молодая появись с кувшином. Гасымов и Сулиев не сговариваясь к ней бросились, догнали, избили, изнасиловали и потом убили. Пришёл какой-то дед старый, и его застелили. Пытался Андрей помешать, да Гасымов, под гашишем бывший с утра, едва его самого не застрелил. Соседний кишлак после этого весь ушёл в Пакистан через Панджшер — новые бойцы джихада все стали — и вербовать не надо.
За всё время службы в Афганистане — почти полтора года, Андрей насмотрелся и наслушайся множество подобных историй, как солдаты и офицеры армии Горбачёва и Соколова, а впереди всех спецназ ГРУ и КГБ, потом уже ВДВ и погранвойска КГБ, убивали просто так афганцев, безнаказанно, изуверски, словно была им такая команда сверху, и рассказов таких было не счесть, и ни разу он не слышал, чтобы солдаты спасли кого-то из афганцев — таких, наверное, почитали бы пособниками врагам. Как они собирались жить потом в своей опороченной стране, которую андроповцы и горбачёвцы, их генералы и интеллигенция, советские торговые и банковские мафиози, выпущенные на волю новые советские капиталисты, превратили за два года Постройки — Переломки в абсолютную коррупционную империю зла?
Шёл противный сентябрьский дождь, а Денис всё ещё стоял на остановке у метро ВДНХ и пребывал в пространстве чужой прошлой жизни семьдесят один год назад, когда и началась вся эта страна Союз ССР, которая заканчивала своё существование прямо на его глазах…
