Транспорт в частные руки начали продавать ещё при Сталине сразу после войны. На выбор предлагали «Москвич-400», созданный на базе Opel Kadett K38, автомобиль ГАЗ-20 «Победа», ещё довоенная разработка которого была прервана войной, и возобновлена сразу после Сталинградской битвы, и ЗИМ ГАЗ-12 без очередей, открыток и перекупщиков. При Хрущёве, поставившем помощь социалистическим и, даже развивающимся капиталистическим странам, выше вопросов снабжения своих людей, всё поменялась к лучшему — в свободной продаже остался только представительский ЗИМ, который стоил слишком дорого, «Победа» и «Москвич» стали дефицитом, и люди записывались в очереди, а потом очередью стал заниматься магазин, а ожидание растянулось на годы из-за прекращения репрессивного подавления мошенников и спекулянтов. Потом автомобили стали распределять через предприятия, и каждый год раз машина выделялось всё меньше и меньше, в то время, как за рубеж в капстраны их зачем-то продавалось всё больше и больше. Зачем нужно было обделять своих советских людей и зарабатывать валюту демпинговой продажей нужных на родине автомашин, когда советская нефть, золото, лес, никель и многое другое, и так шли нарасхват, никому понятно не было, кроме чиновников торгово-промышленных кругов Союза ССР, получающих за эти продажи баснословные суммы на свои зарубежные счета от торгующих зарубежных фирм в отсутствие эффективных мер противодействия и социальной защиты, разрушенных Хрущевым, и окончательно демонтированных при Андропове. За прошлый год Перестройки только в три страны капиталистического изобилия Великобританию, ФРГ и Францию от советского народа было оторвано саботажниками и отправлено 60 000 дефицитных легковых автомобилей! И так многие десятилетия, и по многим видам товаров! Так в те же три капиталистические страны в прошлом году было отправлено 130 тысяч дефицитных телевизоров, 4,5 миллиона бытовых часов, 190 тысяч фотоаппаратов, заваливая западного потребителя и другими качественными и дешёвыми советскими товарами, в то время, как свой народ стоял за ними годами в очередях и переплачивал спекулянтам.
Но в совхозах и колхозах, в добывающих отраслях и на оборонных предприятиях с машинами было всегда лучше всего — и заработки больше, и квартиру заиметь можно было быстро, и очередь на машины быстрая. Выбор был скромный, послушать мотор или подобрать комплектацию, не было речи. За хорошую импортную комплектацию и цвет, например серо-голубой «Жигули» ВАЗ-21063, или чёрная «Волга» ГАЗ-24 с красным салоном советские граждане с Кавказа, где социализм всегда был половинчатым, за воротами склада, встав цепью, с ходу предлогами сразу три цены. Для тех, кто иногда выезжал за границу, вообще с машинами не было проблем. У них была валюта или сертификаты Внешпосылторга, так как им часть зарплаты выплачивали валютой страны пребывания, а часть начисляли на счёт Внешэкономбанка и могли расплачиваться ими в магазинах «Березка», где машины стоили вдвое дешевле в пересчёте чеков на рубли. Накопить на «Жигули» получалось даже после одной полугодовой командировки в соцстрану, вроде Монголии. Вполне реально можно было получить автомобиль по государственной лотерее — купив билет за 30 копеек, можно было выиграть ГАЗ-24 стоимостью около 9000 рублей, или «Запорожец» ЗАЗ-966…
С ужасом думалось старику, как живут простые люди при капиталистах на Западе, как пишут в журналах: вся молодёжь в кредитах и долгах и выживает, благодаря лишь родительским пенсиям и помощи, а пенсии тоже, не ахти, чтобы жить и не считать копейки. А о том, чтобы накопить и потом купить машину или квартиру, для простого человека на Западе и речи нет — инфляция и безработица обнуляет всё, не пройдёт и года…
— Насмотрелся я на ваших алтайских октябре 1917 года в Москве на Никитских воротах… — неотложного прервал разглагольствования Глеба Порфирьевича о машинах Виванов, морщась, а потом уже добавил, — а у меня-то тогда «Форд-Т» был с шофёром…
