- Пирожки... - благоговейно выдохнула я, представив это кулинарное великолепие, поспешно кивнула и бросилась к шкафу, где на одной из полок оставила свою одежку. Быстрее-быстрее! Ради пирожков да утром...я готова на многое!
- Соня? - окликнула меня женщина. Я высунулась из-за дверцы шкафа, натягивая одновременно кофту. Олеся Павловна стояла возле двери. Руки, согнутые в локте, были сцеплены на уровне живота, и находились в постоянном движении. Выглядела так, словно она чувствовала неуверенность. Из-за этого я прониклась еще большим вниманием. - Не ревнуй Лешку ко мне.
Я глупо открыла и закрыла рот, только спустя время найдя, что ответить:
- А... как вы узнали?
Улыбка женщины стала мудрой и понимающей. И я поняла, что эта женщина не такая уж и молодая, как показалось раньше. Ей не едва за тридцать, а лет на шесть-восемь больше. Просто она хорошо следит за собой, поэтому морщин - основных свидетелей возраста - практически нет.
- Не надо, хорошо?
Я потупила взгляд, а потом и вовсе спряталась за дверцу.
- Он не смотрел на меня. Забыл совсем и разговаривал только с вами, - словно оправдываясь, сказала, нервно мня в руках джинсы и рассматривая ткань.
- Нет, не забывал, - возразила она. И добавила, превосходя ответный вопрос-обвинение одной личности: - Да, мы разговаривали, смотрели друг на друга, но Лешка с завидной регулярностью скашивал на тебя глаза. Вот только ты в стол смотрела.
Джинсы шлепнулись на пол.
Это что получается? Я... всея моя обида - дутая? И столько негативных эмоций - по недоразумению?!
- Точно?? - воскликнула, высунувшись из-за дверцы и несколько напугав женщину неожиданным появлением.
Она засмеялась.
- Точно, точно. Смотрел и в глазах непонимание читалось. А когда Лешка отворачивался, на него смотрела ты, с тем же непониманием и вселенской обидой! - я вздохнула. - Он дорожит тобой. А поверь, этот паренек очень трудно сходится с людьми. А если сходится, то это считай навсегда... А ты? - сдвинула брови женщина. И тон ее тоже изменился. - Как ты относишься к Леше? Если как к игрушке, то лучше не мучай его. А если... настроена серьезно, то приготовься к трудной жизни.
Трудной?.. Что это значит?
А вообще, Олеся Павловна напомнила мне Мари, когда та спрашивала о моем отношении к ее брату. Вот почти копия! Точнее - Мари копия женщины. "Особенно... глаза", - неожиданно поняла. И не только. У Леши похожий разрез глаз... Тряхнула головой. Да мало ли похожих людей?
Женщина ждала моего ответа. И я с серьезностью сказала:
- Он - моя жизнь.
Как и Мари тогда, она улыбнулась с заметным облегчением.
- Тогда хорошо.
И ушла. А я бросилась поднимать штаны с пола и натягивать их. Когда закончила, завернула волосы в пучок и побежала на первый этаж.
Посреди стола стояла огромное блюдце, размером... вот если бы я кольцом сомкнула перед собой руки -такого вот размера. Диаметром сантиметров сорок, как чуть погодя определил наметанный глаз. И оно было полупустое!! Две обжоры, Мари и Ксюшка поглощали пирожки со скоростью пылесоса Фрекен Бок из знаменитого советского мультика. И я бросилась к столу их догонять. Да чтобы такую вкуснятину и без меня уминать?!
Леша подошел позже, когда на блюде оставалось всего три пирожка и на два я уже нацелила свои загребущие ручки. Пирожки выпали из разом ослабевших пальцев, а саму меня заклинило в одной позе, довольно смешной со стороны - вон как Ксюшка покатилась. Полностью одетый парень перевел глаза-щелочки на девочку, а потом на раковину и пошлепал - именно не пошел, а зашлепал босыми пятками, по напольной плитке в сторону раковины. Умылся несколько раз, смешно фыркая, и только после этого направился к столу и уселся на свое старое место. За ним пришла Олеся Павловна и отправилась к тумбе наводить нам с ним чай. Парень медленно осмотрел столешницу, перебегая взглядом от одной чашке к другой, и остановился на моих пальцах, которые сжимали кружку. Поднял его на обладательницу пальцев и... улыбнулся одними уголками губ с совершенно спокойным выражением что глаз, что лица.
- Доброе утро всем! - громко воскликнул он и уцепил мои пирожки, разом заглотив один, не поперхнувшись.
Мари фыркнула.
- Для кого утро, а для кого уже день! - и многозначительно посмотрела на настенные часы. Половина одиннадцатого?! - Мы с Ксюшей, между прочим, - маленькая девочка с важностью покивала, - хотели посмотреть на утреннее море, но из-за кого-то...
- Море?! - заорала я, вскочив. Все без исключения с удивленно посмотрели на меня, а ребенок еще и с некоторым страхом. А как же иначе - сидела-сидела, и вдруг БАЦ! и вскакивает.
Несколько смутившись, села на место.
Первой очнулась Мари.
- Ну да, море, - подтвердила. Оно же тут, - она махнула рукой вперед, - в двух шагах, как леди Олеся сказала...
- Когда идем? - вперила в нее требовательный взгляд.
Море... ласковое и безграничное синее море, да еще и в цвете... Да это же мечта!!
- М-м-м... вообще-то хотели после завтрака...
- А мы уже позавтракали! - Опять не сдержалась и вскочила. -Верно ведь?
