- И в чем же я глупа?
- Тщеславием. Расслабься, я сказала!
- Но!
- Тебе почти тридцать, дорогая, ты гордячка и человек искусства, и это тебя когда-нибудь погубит. Ты могла бы сразу придти ко мне, спросить. И я бы сказала, что воспитывали девочку Ведьмаки… молчи! И чародейки Ложи! Тебе о чем-то говорят имена Йенифер из Венгерберга и Трисс Меригольд! И это только то, что известно!
- Но! Ва… Ой!
- Сплетни, слухи, шепотки – это моя работа! И я всегда рада тебе помочь, но ты! Ты предпочла сбежать, и вернулась, вляпавшись так, что разгребать нам обеим теперь до Солнечного Дня!
- Прости сестра. – Тихий покаянный вздох, мурлычущий, потому что голос бил бичом, но пальцы не причиняли боль. - И что мне делать?
- Хотела славы, сама, одна… вот и зарабатывай. Учи, добросовестно. Делай то, что умеешь, а я позабочусь об остальном.
- Да. Сестра.
Они были близняшками. Одна выбрала путь Теней, другая путь Солнца. И вдвоем они были сильнее, чем поодиночке. Гораздо. И возможно даже из хватки пальцев Принцессы, что сжались на горле ее беспечной сестры – она, старшая на пару минут, сможет извлечь выгоду.
Она сможет. Но это потребует и платы. И будет ею преданность. Ее Величеству и Империи.
Всегда.
========== 13. ==========
Двор и не заметил, как оказался в цепях.
Медленно, но верно.
С каждым из них, важным или не очень, или тем, кто таковым казался, она говорила – улыбалась, нравилась, была вежлива.
Они искали подвох, не находя, расслаблялись, принимая ее благосклонность, как удачу и будущую выгоду и ловушка захлопывалась. Почти неслышно, но крепко.
Все их планы, идеи, возможности оказались связаны, а они сами на поводке.
Потому что Принцесса, а теперь уже их Императрица знала все. А если не все, то очень многое.
И каждого держала за горло. Этими тонкими руками с кажущимися хрупкими запястьями.
Каждый, каждый был ей верен – потому что их положение, зависело от ее слов и действий. Потому что она знала… даже те, особенно те секреты, которые они спрятали так глубоко.
И лояльность, о она теперь была жизненно необходима. Из уважения и страха. Их Императрица – ведьма.
И спустя какое-то время, они даже гордились этим.
А кто не смог – был повержен.
После нескольких показательных даже не казней, исчезновений и издевательских судебных процессов, над Предателями Империи, у них не было иного выхода.
Никто их них не хотел, чтобы к ним в дом из-за глупости пришла Тайная Стража.
Особенно если на другой чаше весов, хранимый секрет и весьма привлекательная должность сулящая положение.
Нужно было просто быть – лояльным, и хорошо выполнять свою работу – не обманывая и не воруя сверх меры и планки.
Не так уж сложно.
А тонкие папки в Сокровищнице, что ж компромат… они это понимали. И сами никому и никогда не верили на слово.
Императрице, такой достойной дочери своего отца – хотелось подчиняться.
Великий Патриарх долго смотрит ей в глаза. Сухощавый старик – умный, с гусиными лапками в уголках глаз в черном одеянии с золотом солнца на затейливой вышивке.
Цири смотрит в ответ.
Они стоят друг напротив друга – напряженные такие одинаковые. Седые, светлоглазые, затянутые в черное с золотом. Сильные.
- Вы не верите. – Наконец негромко констатирует Патриарх, отступая на шаг. – Солнце для вас ничего не значит.
Цири спокойно кивает.
- Да. Я не могу. Видела слишком много… - Она качает ладонью, неопределенно. Перстень Власти светился лучами на свету. – Чтобы верить в огрызки правды.
Такой ответ, он должен был взбеленить Патриарха, вывести его их себя. Не может Императрица не быть приверженкой официальной Религии. Но старик только растягивает губы в короткой улыбке
Императрица честна с ним. Не чинит препятствий его пастве и не перекраивает порядок вещей. Культ Солнца с ее восшествием на трон не подвергся попыткам изменений. Она даже делает вид, нося черное с золотом. Хотя старик склоняется к варианту, что подобные одежды ей просто удобны.
Вызывают в собеседниках страх.
- Я понимаю вас, Императрица. Мы друг друга поняли.
Патриарх уходит, оставляя Ее Величество в саду, любоваться водопадами. И только выходя из дворцовых владений чувствует, как становится легче дышать.
И пропадает чувство тревоги, которое незаметно окутывало его внутри. Вспоминает колдовские зеленые глаза, смотревшие на него с иронией и подначкой - усмехается.
Встреча один на один таковой не была.
Если Императрица смотрела ему в лицо, то спину сверлил иной, совсем не добрый, но какой-то равнодушный до поры взгляд.
И сидя в своих покоях, в свете свечей и смотря на поблескивающий золотом гобелен с изображением Солнца, Патриарх думал.
Императрица не была верхом мечтаний Церкви. Неверная религии, слишком властная и жесткая, правительница, не женщина.
Церкви бы было куда удобнее, если бы Император Эмгыр просто выдал ее замуж за нужного человека, но было поздно.
Она окружала себя людьми, которых бы ко двору еще пару лет назад бы не пустили вовсе.
Ведьмаки и Твари, Магички.
Сброд.
