Я разгладила белое платье и поправила красную накидку на плечах – ритуальное одеяние, точно такое же, как у одиннадцати других Ночных Дев. Как только вспыхнуло пламя, мы окружили главный костёр и каждая держала в руках свою жертву Потоку, а прежде – Сгинувшим Богиням. Мне достался пучок пшеницы. Мэй – горсть орехов. Рози держала в ладонях пучок овечьей шерсти. Анна тоже вызвалась в Ночные Девы и принесла к костру букетик лаванды. Мы с Анной встретились взглядами, она улыбнулась и топнула ногой. Потом ещё и ещё, задавая ритм, под который подстраивались наши сердца. Разомкнула губы, завела песню, и мы, качнувшись, двинулись по кругу, подхватывая знакомые с самого детства слова.
Сердце учащённо билось, ладони потели, лицо горело от жара и волнения, которое захватило меня вместе с хороводом. Песня уносила нас всё дальше, наполняла силой, о которой мы просили. И, если Сгинувшие Богини существовали, сейчас я была к ним настолько близко, насколько это возможно. Я бросила в костёр пшеницу, пламя взметнулось ввысь и затрещало, принимая жертву. Остальные девушки тоже бросили свои дары, и толпа взорвалась аплодисментами – Модранихт официально начался.
Студенты окружили другие костры – начинался следующий этап, обряд очищения. Нужно было разбежаться и перепрыгнуть через огонь, чтобы сбросить с себя зло и напитаться силой, которую своей песней призвали Ночные Девы. У студентов это была любимая часть. Достаточно весёлая и опасная. После неё еда казалась особенно вкусной, а другие студенты и студентки – особенно привлекательными.
Заиграла музыка. Я, всё ещё захваченная энергетикой песни, встала в очередь к одному из костров, оказавшись сразу за Рози и Генри, которые крепко держались за руки. Не сдержалась и хмыкнула.
– А ты настроен серьёзно, а, Клиффорд? – Мёрфи появился откуда-то сбоку и ударил Генри в плечо. С языка снял.
– Ты что несёшь, Мёрфи? – ухмыльнулся Генри.
– Прыгать через костёр за ручку? – Мёрфи захихикал, кажется, он был уже порядочно пьян. – Мне уже можно называть Рози миссис Клиффорд?
– Заткнись, Мёрфи, – фыркнула Рози, покраснев до кончиков своих хорошеньких ушек. – Это просто развлечение.
– Скажи это Сгинувшим Богиням, которые сегодня свяжут вас навсегда! – сказал Мёрфи потусторонним голосом, сделал страшное лицо, а потом расхохотался. – Ты чего побледнел, Клиффорд!
– Мёрфи, может, прыгнешь со мной? – громко сказала я. – Ты, я смотрю, бесстрашный.
Мёрфи замахал руками, изображая испуг.
– Не настолько, Блэквуд, – ляпнул он, но тут же продолжил: – Не пойми неправильно, ты секси, но сегодня через костёр я готов прыгнуть только в обнимку с бутылочкой яблочного «Джека».
– Вкус у тебя дрянь, Мёрфи, – захохотала я.
– Любовь зла, Блэквуд, – подмигнул он и зашагал в сторону столов. Правый карман его брюк подозрительно топорщился, должно быть скрывая ту самую бутылочку. Проводив его взглядом, я заметила Мэй и Эндрю, которые стояли в очереди к другому костру и тоже держались за руки. Похоже, не только Генри был настроен серьёзно.
Рози взвизгнула, когда они перелетали через пламя, и её красная накидка взметнулась, а вслед за ней и юбка, открывая смешные шерстяные гольфы с оленями. Генри засмеялся, подхватил её на руки и увлёк куда-то в танцующую толпу, а я остановилась у черты, от которой предлагалось брать разбег. Костёр трещал и метался на ветру, а я смотрела на него, затаив дыхание. Было страшно и волнительно одновременно, маленькая часть меня надеялась, что прыжок – это не просто забава, что, перелетев через костёр, я правда… очищусь. Моя жизнь наладится, а всё
