'Чего ты заслужил...' Ричард приготовился к бурной отповеди, но потом остановился, проведя с самим собой краткий бой за сдержанность. 'Каких мыслей ты от меня ожидал? Ты знаешь, я люблю Анну, хочу на ней жениться, и делаешь почти все, мешая этому союзу. Слишком похоже на тебя, похитить беззащитную девушку и держать ее в забытом Господом имении в надежде, что мои чувства к ней остынут. Да, это тот самый способ действовать к которому постоянно прибегает твой извращенный и искривленный мозг! Я не сбрасываю со счетов возможность сокрытия тобой Анны в монастырских стенах! И если ты думаешь легко отделаться ...'
Джордж побелел от ярости, в бешенстве отрезав: 'Дикон, ты меня разочаровываешь...У тебя бедное воображение! Дальше некого забытого Богом монастыря или усадьбы на болоте оно не простирается?' Он отодвинулся от двери и ядовито произнес: 'Что до меня, пожелай я разработать выгодное исчезновение, то предпочел бы хорошо стерегущуюся келью, недоступную солнечным лучам и любопытным глазам. Или, может быть, Бедлам...Однако, лучше всего, по мне, притоны Саутворка!'
Раздался грубый и не слишком наполненный уверенностью смех. 'Вот и идея для тебя, Братишечка! Девица из Кок Лейн, утверждающая, что она дочь Уорвика, Творца Королей! Почему бы и нет, она может бредить с наших дней до Второго Пришествия всем, чем ей угодно, с таким же успехом провозглашая себя Благословенной Девой Марией!'
Джордж увидел, как с лица брата отхлынула кровь, и почувствовал внезапное горячее удовлетворение, отметив на будущее, Дикон - сверх меры уязвим во всем, касающемся маленькой грязнули. Но Джорджа также коснулось и легкое дыхание беспокойства. Может статься, он зашел немного за пределы дозволенного. Не было никакой необходимости сыпать соль в открытую рану, и это вряд ли прозвучит хорошо, точнее, совсем плохо прозвучит, если история повторится для ушей Неда.
'Нет нужды выглядеть столь расстроенным, Дикон', - нетерпеливо попросил Джордж. 'Разумеется, ты не думаешь, что я это всерьез!'
'Я думаю...Я думаю, - ты безумен', -ответил Ричард с ошеломляющим неестественным спокойствием человека, столкнувшегося с шокирующей его правдой. 'Даже безумнее Гарри Ланкастера. В конце концов, его сумасшествие замыкалось внутри него самого, твое же...Твое наносит раны, которые выше Божьей власти исцелить и человеческой - простить'.
Когда Джордж в ответ на прозвучавшее оскорбление открыл рот, Ричард напряженно добавил: 'Вот что я обещаю тебе, Джордж, и клянусь в этом всем святым для меня в жизни...Если Анне будет нанесен хоть какой-то вред, я заставлю тебя за него ответить. Вред любого рода, понимаешь?'
И тогда Изабелла позвала его по имени. Братья вздрогнули, никто из них не услышал, как она пришла и встала за их спинами в дверном проеме. Когда Изабелла заходила в комнату, Ричард увидел, - здесь Джордж не солгал. Она выглядела совсем плохо, сильно походя на женщину, поднятую с одра болезни.
'Дикон, Джордж сказал тебе правду. Ему не известно, где находится Анна. Она сбежала, как он уже объяснил. Десять дней назад'.
'Можешь поклясться, Белла?' - неуверенно спросил Ричард, и в ответ получил кивок.
'Я не обманываю тебя, Дикон, не в том, что связано с Анной. Мы не знаем, где она, видит Бог, не знаем'. Ее голос задрожал. 'Поверь мне, Дикон, я никогда бы в этом не солгала...Не тогда, когда на кону безопасность Анны. Я лежу ночью с открытыми глазами и представляю ее одну в таком городе, как Лондон, без денег, без друзей...я представляю все, что может с ней произойти...Дикон, ты обязан отыскать Анну. Обязан'.
'Сейчас доволен?' - свирепо вмешался Джордж. 'Может статься, поверишь Белле, если не веришь мне!'
Ричард обратил к невестке долгий испытующий взгляд. 'Белла, ты не хочешь мне ничего рассказать? Совсем ничего?'
Он заметил, как ее губы раскрылись, а взгляд быстро метнулся к Джорджу. Изабелла покачала головой.
Ричард кивнул и направился мимо нее к двери. Там он обернулся и через всю комнату посмотрел на брата.
'Если Анна почувствовала необходимость покинуть Гербер, то сделала так исключительно потому, что ощущала себя в опасности...в опасности, исходящей с твоей стороны, Джордж. В случае моей правоты она сейчас, когда я вернулся в Лондон, отправит мне весть о себе. Не отправит, - я пойму, что ты лгал и держишь ее взаперти против воли. Поэтому, хорошенько задумайся над моими словами, ибо никогда я не был так серьезен. Обидишь Анну...' Ричард не закончил угрозы, по лицу Джорджа видя, нужды в этом нет.
Джордж уперся в брата полными ненависти глазами. Он сделал тяжелый вдох и горько произнес: 'С днем рождения, Дикон'.
Вестминстер, октябрь 1471 года
Сесиль Невилл обвела сына сочувствующим взглядом. Он ничего не сказал, но мать знала его достаточно хорошо, чтобы прочесть на лице признаки испытываемой боли.
'Тебя все еще тревожат зубы? Эдвард, я понимаю, почему ты так тянешь с их выдергиванием, но боюсь, это лишь оттягивание неизбежного'.
