Их пальцы соприкоснулись сначала, когда Ричард забирал его у нее, а потом, когда девушка помогала ему открывать сверток, доставая содержимое. Молодой человек поразился, осознав длительность своей реакции на это случайное сближение. Он почувствовал, что сопротивляется желанию прикоснуться к локонам цвета красного золота, струившимся потоком и мерцающим при каждом совершаемом ею движении. Аромат, нанесенный на запястье, волосы и шейную впадину Кейт, остро обволакивал, это тоже было знакомо и являлось ее отличительной давно приобретенной чертой, ибо она нравилась Ричарду.
Он отступил, сосредоточившись на разворачивании конверта, и, к своему огромному удовольствию, обнаружил там сделанный Катрин рисунок, выполненный угольным карандашом.
'Тебе нравится, Дикон? Правда?'
'Представить не могу, что понравилось бы мне больше!' Ричард наклонился и поцеловал ее в щеку настолько торопливо, что казалось, - он боялся, как бы при прикосновении ее кожа не обожгла его.
Какое-то время они смотрели друг на друга. Кейт стояла совсем близко, и молодой человек мог видеть неровное вздымание и опускание ее груди. Он не ожидал, не предвидел, что способен до сих пор так сильно желать ее. Ричард взял девушку за руку и поднес ту к своим губам, произнеся: 'Храни тебя Господь, Кейт'.
'Тебя тоже, Дикон'. В голосе Кейт явственно проявилось перехватывание дыхания, она уточнила: 'Ты, конечно же, намереваешься поцеловать меня на прощание?'
Ричард смутился, но потом слегка прикоснулся губами к губам Кейт. Стоило ему отстраниться, ее руки взметнулись и обвились вокруг его шеи, после чего девушка внезапно оказалась в объятиях юноши. Он ощутил знакомое тепло ее тела, прижавшегося к его телу, близость нежного рта, и прошедший год будто потерял для него реальность.
Молодой человек без единой мысли, без возможности выбора, стиснул вокруг нее руки, помня только об ощущении ее груди, прижатой к его груди, ее языка в его рту, ее податливости и ее аромата. Но тут Кейт прошептала: 'Любимый...любимый, это длилось так долго', и его разум мгновенно прояснился. Оторвав свои губы от ее губ, Ричард отодвинулся и прекратил объятие.
'Прости меня, Кейт', - быстро и как-то неуверенно сказал. 'Я не хотел, чтобы это случилось. У меня не было ни малейшего права так себя вести'.
'Нет, было! У тебя есть это право, Дикон. Только ты...' Она стремительно приникла к нему, и Ричард скользнул руками по ее запястьям, держа Кейт на расстоянии и не доверяя себе рядом с ней, по крайней мере, не сейчас.
'Нет', - тихо заявил молодой человек. 'Нет, у меня нет такого права'.
Голубая прозрачность глаз Кейт казалась подобной оттенку цветов лаванды. Ричард увидел в них замешательство и зарождающуюся боль. 'Я не понимаю. Ты желаешь меня также сильно, как и я тебя. Нельзя этого отрицать, только не сейчас!'
'Нет...Я не отрицаю'.
'Любимый, послушай меня. Я люблю тебя, никогда не переставала любить. Знаю, измена считается смертным грехом, но мне это безразлично. Оно стоит -'
'Кейт, не надо!'
Девушка остановилась, приоткрыв рот, и Ричард с несчастным видом произнес: 'Господи, я никогда не хотел причинить тебе боль, никогда. Клянусь всем святым, не хотел!'
Кейт внимательно посмотрела на него. 'Понимаю', - выдохнула она. Резко отвернувшись, девушка нагнулась и подняла белоснежную шелковую оболочку подарка с пола, она начала складывать и вновь разворачивать ткань, как будто лишь это для нее сейчас имело значение.
'Кейт...Кейт, мне жаль'
'Почему? Потому что я повела себя глупо?'
При этих словах Ричард сделал по направлению к ней несколько шагов, но девушка отпрянула, отойдя на недосягаемое расстояние.
'Я виню себя также сильно, как ты, если это может стать хоть каким-то утешением. Мне следовало предвидеть. Но я не позволяла себе посмотреть правде в глаза. Когда прошлой осенью ты написал мне, что хочешь жениться на своей кузине, я нашла сотню причин, почему тебе желательно заключить этот союз - она происходит из семьи Невиллов, является дочерью графа Уорвика, наследницей...Я обдумала все причины, за исключением одной, - что ты можешь любить ее. И именно она была решающей, правда? Поэтому ты женился на ней и больше не стремился лечь со мной. Ты любишь свою жену'.
Когда Ричард ничего не ответил, Кейт вдруг резко воскликнула, обвиняя его: 'Я права, я же права? Признайся в этом, наконец! Ты любишь ее, разве нет?'
'Да', - ответил он, грустно наблюдая, как она поворачивает в разные стороны белый шелк, пока тот окончательно не выскользнул из ее рук, подобно живому существу.
'Кейт, ты важна мне. Очень важна...'
'Бога ради, Дикон, не надо!' Она сглотнула, поежилась и затем резко присела на подоконник.
'Думаю. Тебе лучше уйти', - попросила Кейт.
Не зная, что еще сделать, Ричард дотянулся до руки девушки, на минуту задержав ее у своей щеки. Его прикосновение заставило Кейт напрячься, и он подумал, что она собирается вырвать пальцы из сжимающей их ладони. Вместо этого Кейт прикрыла глаза и отсела чуть дальше.
