– Я слышал, что в Велерии в подобных домах все обстоит несколько иначе, – ответил Ио.
– Да, – вздохнул Аэрис и игриво пнул ногой камешек. – Здесь подобные заведения под контролем стражи. Изначально первые наместники хотели вовсе запретить их, но спрос на такие услуги был всегда, а запрет повысил бы уровень беззакония. Поэтому было принято решение держать это под контролем. Люди довольны, а девушки под защитой.
– Что ж, это разумно, – задумчиво ответил Ио.
– Так мы сходим, сходим? – не унимался Алетрис.
– Мы порой посещаем это заведение, – признался Аэрис, словно оправдываясь. – Сами понимаете, при дворе лишь маги и стражники, мы все время практикуем свои умения и духовные силы, девушек среди нас всего несколько, а иногда нужен отдых.
– Но мы только проводим время за непринужденной беседой, – поспешил поправить его адепт Дома жрецов.
– Да-да, только так, – поддакнул Весерий, чтобы гости не подумали лишнего.
– У меня нет большого желания туда идти… – ответил Астерий.
– Конечно. – Пурпурный демон недовольно всплеснул руками. – У тебя вообще есть желания? – закатил он глаза.
Астерий гневно сверкнул взглядом в сторону спутника и продолжил:
– Но раз вас туда так тянет, то мы можем зайти. Полагаю, вы не отпустите меня и Ио бродить по городу без присмотра.
– Нет, не можем, вы уж простите нас.
– Вам не нужно извиняться, – ответил Ио, хотя и не горел желанием посещать подобные места.
– Ура! – Алетрис полез в карман пересчитывать деньги.
Завидев адептов в сопровождении незнакомцев, горожане расступались.
– Тысяча благословений вам, – рассыпались они перед придворными магами.
Жизнь в городе кипела. Городская детвора беспечно бегала по улочкам, запуская воздушных змеев, и играла в ласточку[7]. Несколько детей неподалеку подожгли бамбуковые палочки и, весело крича, резво бросились наутек, ловко прошмыгнув меж адептами.
– Ах вы, маленькие разбойники! – запричитала женщина, испугавшись треска самодельной игрушки за спиной.
Ио показалось, что здесь будто светлее, а цвета сочнее и ярче, чем в Велерии. Он заметил это, еще когда они были в деревне Сома. В Солтейне не было привычной серости. Несмотря на краски природы, атмосфера в Велерии словно давила на плечи, даже воздух там казался тяжелым и затхлым.
Каменные ступени плавно вели путников вниз, оставляя позади простые жилые дома. Чем дальше они спускались, тем более затейливые строения встречались на пути. Чайные и лавки с различными товарами зазывали гостей к себе пестрыми вывесками и громкими голосами владельцев, предлагающих купить то и другое.
На главной площади, вокруг каменного фонтана, раскинулся небольшой рынок, где жители, не имевшие собственной лавки, продавали разные товары. Уличные артисты пели и показывали представления в надежде заполучить пару монет за свои труды. Ио и остальные остановились посмотреть номер игры в кунчжу[8], где артист ловко жонглировал бамбуковой катушкой, вызывая восхищенные возгласы зрителей.
– Как вам в нашем городе? – довольно спросил Аэрис, оборачиваясь к гостям. – В Веласе все иначе, да?
Ио поежился, вспоминая свой единственный визит в столицу.
– Меня и Астерия там пытали, так что я не знаю, какие развлечения на главной торговой улице, – ответил Ио.
– Прости, – вмешался Весерий, – это было бестактно со стороны моего друга. Здесь вам ничего не грозит.
Астерий выразительно взглянул на хранителя и закинул руку на плечо Ио.
«Вот же преданный пес», – подумал Весерий, замечая, как глаза демона начинают сверкать холодом, стоило кому-нибудь только заикнуться об опасности или угрозе.
– Ах! – воскликнул Алетрис, и все обернулись в его сторону. – Это то, что мне нужно!
Пурпурный демон быстро направился в сторону прилавка с музыкальными инструментами. Астерий еще раз многозначительно взглянул на Весерия, на что тот лишь мягко улыбнулся, и все поторопились за Алетрисом.
Демон уже схватил понравившийся люцинь, разглядывая его со всех сторон.
– Какая прекрасная вещь! – восхитился он. – Искусная работа!
Молодой мужчина поприветствовал подошедших адептов и обратился к потенциальному покупателю:
– Вы правы, господин, я и сам раньше играл, но с тех пор, как повредил сухожилие на пальце, музыка неподвластна мне. Зато я могу делать инструменты, чтобы другие могли сочинять прекрасные баллады и играть чарующие мелодии.
– Я возьму ее! – вдохновился Алетрис. – Сколько?
– Двадцать цанги.
Пурпурный демон чуть было не подавился слюной от такой цены и сжал в руках люцинь, желая разразиться отборной бранью. Прежде он мог бы просто взять что хотел, размозжив наглому торговцу голову, но теперь приходилось сдерживать себя. Кроме того, ему очень уж хотелось быть под стать Астерию, легендарному Волку, а не какой-то никчемной мерзкой нечистью, копающейся в чужих кишках ради утоления собственной злобы.
Повернувшись в сторону Звездного Волка, демон взглянул на него полными мольбы глазами.
– Эй, дружище, – начал он, – не соблаговолишь ли ты одолжить мне немного деньжат? Клянусь, я все верну.