Взгляд Виданы скользнул по берегу, в сторону, куда венок уплыл. По поверьям, с тех же краев и суженый прийти должен. Вот только не видела она никого, кроме темноты кромешной, и не слышала ничего, кроме плеска воды и отдаленного празднества.
«Сказки все это», – решила она про себя, а когда уже собиралась отвернуться, замерла. Из темноты вырисовывалась фигура. Сначала ей подумалось, что морок все это иль в предрассветном тумане виделось плохо. Но Видана так и замерла, держа подол платья в пальцах. А он все приближался и приближался и никак не хотел исчезать, сколько бы она ни моргала.
Она отшатнулась, едва не сбив Милу с ног, когда узнала его.
– Чей венок к берегу прибило, красавицы? – улыбнулся Святослав.
Мила притихла, глупо хихикнула и подтолкнула Видану к юноше.
– Мой, – вздернула подбородок Видана, нахмурив черные брови. Свят протянул промокший венок девушке.
– Лучше на дерево закинь, больше пользы будет. – Он склонил голову набок, рассматривая непривычно розовые щеки Виданы. Улыбнулся еще шире каким-то своим мыслям, когда Видана дернула венок на себя.
– Откуда мне знать, вдруг ты его из воды специально вытащил?
– Думаешь, жениться на тебе хочу?
– Сам говорил, даже боги не знают, что у тебя на уме.
– Точно не женитьба,
Мила шагнула назад, собираясь оставить подругу с юношей, но не успела. Свят заметил ее порыв и, подняв ладонь, спокойно проговорил:
– Не беги, уже ухожу.
И он ушел, оставив Видану с целым ворохом вопросов.
– Не совсем ведь ты путник, да? – строго спросила Видана, выходя из укрытия в виде высоких кустов. Святослав замер, так и не опустив рубаху в озеро. На губах играла улыбка, а в мыслях застыло только одно слово:
– Перегрелась, что ль?
– Если бы, – шикнула Видана, без страха подходя к самой кромке воды. – Видела твой красный взгляд прошлой ночью, да и не просто так тебя колдуном назвала. – Она сложила руки на груди и задрала подбородок.
– И что, не боишься меня? – Святослав улыбнулся, продолжив стирать, а Видана и теперь заметила красные пятна на белой ткани.
– А ты убийство мое задумал?
Свят только рассмеялся в ответ, встряхнул рубаху и направился к берегу, не сводя голубых глаз с Виданы. А она не сдвинулась, не вздрогнула. Смотрела на него тяжелым взглядом, будто это ему бояться надо было.
– Не убиваю я красавиц, Видана. – Он остановился прямо перед ней. – Нет у меня такой привычки. – Святослав приблизился к ее лицу. – Только их невинные души собираю, прямо как девицы – цветы с поля.
– И мою заберешь? – Видана заглянула в его глаза, осмотрела темные брови, широкий лоб, острые скулы и тонкие губы. Красив, ничего не скажешь.
– Куда мне до твоей души,
– Не суженая я тебе, колдун. – Видана убрала его руку от своего лица и отступила.
– Ко мне твой венок приплыл.
– Сказки все это, Святослав, ты сам сказал. – Она развернулась, собираясь уйти, но его горячие пальцы тут же сомкнулись на ее запястье.
– Воля богов и мне неведома, Видана. Сколько б ни жил, так их замысел разгадать не смог.
Она обернулась, попав в плен, казалось, самого льда, и больше не хотела уходить.
Они и сами не заметили, как, не сговариваясь, стали приходить к озеру. Сначала спорили и ругались, потом Видана молча наблюдала за Святом, а через какое-то время и вовсе осмелела и начала вопросы задавать. Он терпеливо отвечал, то собирая травы, то перебирая ягоды.
Совсем он ее не пугал. Колдун этот… Смотрела Видана на него и думала, больно уж красив он для того, кто с нечистью водится да от богов по другой стороне ходит.
– А покажи еще раз, – попросила Видана, хватая колдуна за ладонь. Знала она, что он из самой гущи вышел, что родился темным и что никогда в деревню не придет – не признают, житья не дадут. Но ничего с собой поделать не могла, каждый день приходила к озеру, а в груди будто стайка бабочек взлетала.
Святослав улыбнулся и пошевелил пальцами над мокрой ладонью, с которой тут же посыпались маленькие снежинки.
Видана завороженно смотрела на красоту, которую иначе как чудом назвать не могла. А Святослав молчал. Он ждал, планировал и плел интриги, как паук плетет паутину меж деревьями. Вот только… следил за Виданой ее батюшка обеспокоенный и заметил он нечисть рядом с дочерью.
For They Know Not What They Do – Lord Of The Lost
Слишком шумно было для обычной летней ночи. То не курицы разбрелись по двору. И не соседская собака пробралась под забор. Что-то другое, более неправильное, не давало Видане окончательно провалиться в сон.
