– Максик, я нашла для тебя лучшую клинику, – приговаривала она, накрывая на стол. – Мы с Егором будем по очереди возить тебя на реабилитацию. И они сказали, что у тебя очень хорошие шансы на выздоровление!
Егор непонимающе взглянул на неё.
– Погоди, ба, – перебил он. – У меня скоро «Железные герои». Мне некогда с Максом возиться.
– Ну, найди время, пожалуйста, – попросила та. – Подождут твои роботы.
– Такой шанс раз в жизни бывает! – вскинулся парень.
Максим оглянулся на брата.
– Долго ты будешь делать вид, что ничего не случилось?! – нахмурился он. – Что папа просто в командировке. А я, не знаю, просто ногу сломал…
Егор спокойно выдержал его взгляд.
– И что теперь, не жить, что ли? – парировал он, встал и посмотрел на брата сверху вниз. – Знаешь, с тобой с самого детства таскались: «Максик хочет в баскетбол», «Максик такой талант»… А теперь ждёшь, чтобы тебя все жалели?
– Ты просто эгоист! – заявил младший.
Бабушка, устав слушать их перепалку, резко стукнула кулаком по столу, и братья замерли – такого они от неё не ожидали.
– Замолчали оба! – прикрикнула она и серьёзно сказала: – Егор, теперь ты старший в семье! И ты в ответе за брата. Ему нужна твоя поддержка.
– Ничего мне не нужно! – запротестовал Макс. – Особенно от этого…
– Ну и хорошо! – заявил Егор. – Знаешь, не надо было никуда с папой ехать.
Младший обиженно взглянул на брата.
– Ты совсем дурачок, да? – покачала головой Галина Михайловна, укоризненно глядя на Егора.
Он направился к лестнице, а бабушка проговорила, словно пытаясь убедить саму себя:
– Всё будет хорошо.
Ночью Егор долго ворочался с боку на бок и никак не мог уснуть. В тишине слышалось поскрипывание старого баскетбольного щита, покачивающегося под собственным весом во дворе. Наконец, Егор приподнялся на кровати и взглянул на спящего напротив Максима. Рядом стояло его кресло…
Парень встал и посмотрел в окно. Подумав минутку, Егор быстро оделся и вышел во двор. Там он приставил лестницу к стойке, поднялся по ней и закрепил щит.
Галине Михайловне тоже не спалось. Она вышла на кухню, завернувшись в плед, посмотрела через окно во двор, увидела Егора, орудующего шуруповертом, и едва заметно улыбнулась. Кажется, отношения братьев ещё можно спасти: вон Егор сам переживает о своих неосторожных словах.
А тот, закончив, спустился на землю и удовлетворённо оглядел свою работу…
Наутро Максим выехал в кресле во двор и сразу заметил починенную стойку. Услышав шаги, мальчик оглянулся на брата и хмыкнул:
– Смотрю, не спалось?
– Слушай, Макс, я вчера лишнего наговорил, – смущённо признался Егор и попросил: – Не злись, ладно? Твоё здоровье важнее всего. А роботы подождут…
Младший брат молча слушал, буравя взглядом землю.
– Просто я не знаю, как жить дальше… – проговорил он наконец, поднимая глаза.
Егор присел на корточки и обнял брата, на глазах у которого выступили слёзы.
– Что-нибудь придумаем, братишка, – пообещал он. – Прости меня…
Егор вытер слёзы с его лица. А Макс сунул руку в карман и протянул ключи от машины.
– Всё забываю… Папа просил передать.
Егор удивлённо взглянул на связку. Братья переглянулись. Через минуту они уже приблизились к гаражу. Егор дёрнул на себя ворота, и они поддались. В полутьме гаража проступили очертания старенького автомобиля. Егор, а вслед за ним и Максим в кресле оказались внутри.
Егор забрался в машину, провёл рукой по приборной панели, попробовал переключатель скоростей. Потом он вставил ключ и повернул его в замке зажигания. Сначала ничего не происходило, а потом раздался звук заработавшего где-то механизма. На гаражной полке, стоящей у стены, начали дребезжать инструменты. А затем полка вдруг отодвинулась, и братья потрясённо уставились на открывшийся коридор.
Пройдя по нему, они вскоре оказались в помещении, освещённом синим лабораторным светом. Их взглядам открылись приборы, мониторы, множество деталей от каких-то механизмов на стеклянных столах… В отдельных прозрачных боксах лежали артефакты: древняя кольчуга, разбитый шлем, ржавый щит. Одна витрина почему-то оказалась разбита. На рабочем столе стояла фотография в рамке – Максим с Егором.
Но самое любопытное ждало братьев в центре лаборатории: сквозь защитное стекло было видно, как по беговой дорожке движется крепкий бородатый мужчина со светящимся сердцем в грудной клетке.
Незнакомец снял наушники и с удивлением посмотрел на братьев. Те не менее озадаченно рассматривали его в ответ. Мужчина остановил дорожку, сошёл с неё, вышел из-за стеклянной стены и поинтересовался:
– Так, а вы откуда взялись, молодцы? Отец ваш где?
– Папы больше нет… – ответил Максим. – На машине разбился.
Незнакомец нахмурился, пытаясь осознать услышанное, в то время как ребята продолжали бесцеремонно его разглядывать.
– Дурная весть! – ахнул мужчина и обхватил голову руками, взъерошив густые волосы. – А я всё гадал, куда он запропастился…
– Вы вообще кто такой? – не выдержал Максим.
– Илья, сын Иванов, – представился незнакомец. – Рождён в шесть тысяч шестьсот пятьдесят первом году от сотворения мира на земле Муромской…
– В смысле – из будущего? – не понял мальчик.
