А потом Пит нажал на кнопку "стоп", чтобы сменить диск, и в воздухе повисла гнетущая тишина. Но видение не исчезло. Дженни смотрела, как он лапал Вив. По щекам Дженни текли слезы.
- О Боже, Дженни!.. Откуда ты взялась?
Конечно, она не ответила. Просто повернулась и ушла, оставив Джека, гадать, не померещилось ли ему.
- В чем дело, Джек? - промурлыкала Вив. - Разве ты не сказал новой подружке, что она не единственная маленькая девочка в твоей песочнице?
Джек оторвался от стены и почувствовал спазмы в желудке. Он не видел перед собой ничего, кроме лица Дженни.
- Джек... - Вивиан схватила Бреннена за руку, но он вырвался. - Подожди минутку... Черт побери, куда же ты?
- Эй, Джек! - окликнул Пит, однако тот уже шагал к дверям.
- Отвези Вив домой, - сказал он, пригнулся и вышел на палубу.
- Козел! - Бокал Вивиан разлетелся вдребезги, ударившись о металлический косяк, но это только еще больше подстегнуло Джека. Когда следом за бокалом полетела пепельница, он захлопнул за собой дверь.
В два прыжка одолев палубу, Бреннен спрыгнул на причал и устремился к калитке. Он не видел Дженни, пока не добрался до автостоянки, и лишь затем разглядел вдали хрупкую фигурку, бежавшую по песчаному берегу.
О Боже, он чувствовал себя последним ублюдком! При мысли о том, что творится сейчас в душе Дженни, у него сводило внутренности. Он прибавил шагу, понимая, что каждая потерянная минута только ухудшает дело. Каждая пролитая Дженни слеза сводит на нет возможность искупления вины.
Тяжесть в желудке все росла; теперь спазмы сжимали грудь. На душе было скверно. Когда она успела приобрести над ним такую власть? Но еще хуже становилось при мысли о том, что она больше не захочет его видеть.
Джек стиснул зубы, представив себе, что всю жизнь проведет с такими женщинами, как Вив. Он брел по песку, ощущая приступ тошноты. Когда Дженни вошла в дом и закрыла за собой дверь, на его лбу выступили капли пота. Через секунду Джек бросился бежать.
***
Дженни стояла в темной гостиной, прислонившись спиной к двери, и слезы ручьями катились по ее щекам.
Она вспомнила большую руку Джека, лежавшую на груди Вивиан Сэндберг, и согнулась пополам. Из губ вырвался мучительный стон. О Боже, как больно! Она знала, что так будет, и не должна была об этом забывать.
Кто же мог ожидать, что боль окажется такой нестерпимой?
Дженни выпрямилась, повернулась лицом к двери и уронила голову на руки, пытаясь побороть рыдания. Внезапный громкий стук, от которого затряслись тонкие деревянные стены, заставил ее вздрогнуть.
- Дженни! Это Джек. Открой мне!
Она не ответила. Невозможно было поверить, что он пришел. Почему он это сделал, почему бросил свою прекрасную блондинку?
- Черт побери, Дженни, я знаю, что ты здесь! Ты должна впустить меня!
- У-уходи, Джек.
- Милая, пожалуйста, дай мне объяснить...
Она проглотила комок, который стоял в горле.
- Не стоит, Джек. Ты ничего мне не обещал. Так мне и надо.
На мгновение он умолк.
- Пожалуйста, малышка... открой мне.
- У-уходи...
Джек снова заколотил в дверь, но Дженни не обращала на это внимания. Он ничего не мог сказать ей, ничего не мог сделать. Джек Бреннен есть Джек Бреннен. В точности как он говорил.
Когда Дженни стала подниматься по лестнице, Джек все еще стучал. Она открыла дверь спальни, ничего не чувствуя, направилась к кровати и уставилась на то место, где они с Джеком занимались любовью. Надо же, еще сегодня вечером она снова ждала его к себе... Но, как и следовало ожидать, Джек предпочел чувственную, разбитную блондинку.
Стук прекратился, а Дженни и не заметила этого, подавленная обрушившимся на нее несчастьем. Дрожащими руками она стянула через голову свитер, сбросила туфли, расстегнула и сняла джинсы. Затем Дженни открыла бельевой шкаф, вынула и медленно надела на себя купленную сегодня бледно-голубую шелковую ночную рубашку. Она так надеялась, что рубашка понравится Джеку!..
Она посмотрела на себя в зеркало. Нейлон охватывал грудь, подчеркивая ее округлую, безукоризненную форму и приподнятые вверх соски, прилегал к талии и льнул к бедрам. Когда Дженни приложила рубашку к себе в магазине женского белья, то почувствовала себя женственной и чувственной.
Ей хотелось показаться в таком виде Джеку. Но Джек больше никогда не увидит ее в ночной сорочке.
Она прислушалась, не стучат ли, но вокруг было тихо. Джек вернулся к своей блондинке.
Глаза защипало вновь. Дженни сидела на краю кровати; у нее отчаянно болело сердце, по щекам катились слезы. Внезапно ее внимание привлек странный звук, раздавшийся на балконе за раздвижными стеклянными дверьми. У нее гулко забилось сердце. Кто-то взбирался по высокой деревянной решетке.
Едва сознавая, что она делает, Дженни шагнула к дверям. Послышалось прикосновение плетистых роз к штукатурке и сдавленное проклятие: видимо, шип вонзился в тело.
Серебряный лунный свет упал на перекинутую через перила длинную мускулистую ногу, и на балконе появился Джек. Он был так высок и широкоплеч, что закрыл собой весь проем.
- Впусти меня, Дженни. Нам нужно поговорить! - Бреннен решительно постучал в стекло.
