— Мудрецы утверждают, — глаза Венна откровенно смеялись, — что гармония достигается не излишествами, а ограничениями. Я когда-то читал, что какой-то знаменитый скульптор утверждал. Создать шедевр очень просто. Берёшь глыбу и отсекаешь всё лишнее.
Орнат медленно кивнул. Разумеется, да-да, конечно, так оно и есть, всё правильно… Ничего из этого вслух он не произнёс, а сделал несколько пристойных замечаний об искусстве и мудрости предков. Итак, ясно, лишнее будут отсекать. Ради гармонии. Но… но можно сделать переход к другой проблеме. Он не планировал говорить о ней сегодня, но если подворачивается такой удобный повод, то грех не воспользоваться. От мудрости предков обратно к величию родов, величие рода в его сплочённости, к великой заповеди: «Своих не бросают», — а уже от неё к рыжему рабу. Венн, как друг Фрегора, разумеется, помнит этого раба, телохранителя и шофёра.
— Разумеется, помню, — искренне удивился такому повороту разговора Венн. — Фрегор его вроде бы продал?
— Да, — кивнул Орнат. — К сожалению, это так. И я хочу откупить его, — и позволил себе усмехнуться, — вернуть в род.
— Он ваш родовой? — изумился Венн. — Но Фрегор, я помню, купил его на торгах, с аукциона.
— И недёшево, — вздохнул Орнат. — И продал дорого. Но я готов заплатить любую, в разумных пределах, цену.
— Зачем? Он настолько ценен для вас?
Намёк был выражен даже не интонацией, а еле заметной паузой в середине фразы. Но Орнат понял, лёгкой улыбкой показал, что расценил только как шутку, и ответил серьёзно:
— Вы будете удивлены, но это так. Во-первых, мой племянник был очень привязан к нему, и я надеюсь, что присутствие его личного телохранителя будет способствовать выздоровлению. А во-вторых… да, он купленный, но по крови принадлежит нашему роду.
Вот тут Венн изумился по-настоящему. И едва удержался от возгласа: «Как?! Он же сын Юрденала!» А Орнат невозмутимо продолжал:
— Да-да. Его бабка была нашей родовой рабыней.
— Бабка? — не выдержал Венн. — Но как… как это возможно?
— Ветви старых родов так порой переплетены, — вздохнул Орнат.
«Что даже срубленное дерево останется стоять», — закончил за него старинное изречение Венн. Да, это значительно меняло дело, весь расклад, но… но отдавать Рыжего он не будет, Рыжий нужен ему. А на старого гомика и его интересы можно… но надо же… а Рыжий-то знает об этом? И что это меняет? И сам себе ответил: «Ничего». По крайней мере, на сегодняшний день. И значит, как говаривала Нянька, даём укорот.
— Если вы хотите опротестовать сделку…
— Ну, конечно, — перебил его Орнат. — Это был бы наилучший вариант. Но я согласен и на покупку.
— Опротестовать невозможно, — твёрдо ответил Венн.
— Но Фрегор был уже… м-м-м, неадекватен, скажем так.
— Запрошенная цена, — усмехнулся Венн, — вполне доказывает его адекватность. Скорее, новый владелец может посчитать её завышенной и потребовать возврата хотя бы части. А то и половины.
— Отдать шестнадцать тысяч и ничего не получить! — возмутился Орнат.
И тут же понял, что проиграл. Так насмешливо блеснули глаза Венна. Итак… итак пора прощаться, чтобы осмыслить услышанное.
Желание это оказалось вполне обоюдным, и под лёгкую беседу на кулинарные темы встреча благополучно завершилась.
Выйдя из ресторана, Орнат поехал не в «Орлиное Гнездо», а в своё городское «гнёздышко». Маленькая вольность, отцовский подарок к поступлению в Художественную Академию, роскошный для студента и весьма скромный для брата главы рода. Он его так и не поменял. Чтобы никому не пришло в голову посягнуть на эту маленькую невзрачную по меркам Королевской Долины, а потому и безобидную слабость.
«Гнёздышко» встретило его чистой ухоженной тишиной. Каждая вещь на своём привычном и неизменном десятилетиями месте. И потому руки снимают и вешают подбитый мехом плащ, готовят кофе, включают проигрыватель — вся техника старая, почти старинная, но безукоризненно работающая — и поправляют холст на мольберте, а голова занята своим. Он один. Можно не следить за лицом и мыслями.
Итак… Королевскую Долину будут брать к ногтю. Ну, и в Тартар её, заслужила, чего уж там. У кого-то ха-ароший зуб на Ардинайлов, и им устроят весёлую жизнь в индивидуальном порядке. Уже хуже. Но бездетный брат главы — не наследник и наследником никогда не будет, не нужен роду и потому не опасен его врагам. Уже лучше. Есть шанс выскочить из-под танка. Если дистанцироваться от рода. Главное — не опоздать. Но и спешить нельзя. Рвать кровные узы надо… вовремя и аккуратно. Следующее… Фрегора списали в балласт. Не жалко. Рыжий… да, вот с этим полный облом. А какая комбинация наклёвывалась! Но… но у этого чёртова улыбчивого тихушника свои планы, и Рыжий явно в них фигурирует. Чёрт с ним, пусть хапает, заглатывает и давится. А… а впрочем, пускай. Рыжий знает о своей крови. А для полукровок женская кровь зачастую важнее мужской, Так что… пускай. Может даже оказаться полезным.
