– Уж, не знаю… – хозяин почесал затылок. – Не замечал, честно скажу. В мои-то силочки постоянно кто-нибудь да попадается. Уж не каждый день, конечно, но много ли надо дедушке?
– Мда-а-а, вдалеке от посёлка, видать, всё не так уж и плохо, – вздохнула Джоанна. – Может, прокляли нас или ещё чего…
– Бог с тобой! Вернётся зверьё, никуда не денется. Это ж природа, – глубокомысленно изрёк старичок. – А она, понимаешь, не терпит пустоты. Ладно… Давай, дочка, чайку попьём и баиньки. Малиновое варенье любишь?
– Обожаю.
– У меня чаёк отменный, – болтал старик тем временем, возясь возле печки. – Сейчас ещё вареньица добавим, чтобы совсем расчудесно было. На, держи.
Он поставил перед Джоанной кружку с душистым напитком. Девушка пригубила.
– Ну как тебе, Джоаннушка? Хорош чаёк?
– Вкуснотища! – Джоанна с удовольствием сделала большой глоток. – Вы просто волшебник. Поделитесь рецептом?
– Отчего ж не поделиться. Вот завтра как соберёшься домой – дам тебе травушек целебных. Будешь дома отварчик попивать да вспоминать Дедушку Яго добрым словом.
– Ой и не говорите, у нас все вас только так и вспоминают…
– Это приятно, голубушка моя, – похоже, дедуля растрогался не на шутку, аж глаза заблестели. – Я считаю, только так о каждом и нужно вспоминать. Понимаешь?
Оба помолчали с минутку, каждый задумавшись о своём.
– Я тебя вон на том топчане уложу, – очнувшийся от дум первым, старик кивнул в угол напротив входа. – Пора уже на боковую, тяжёлый выдался денёк.
– Пожалуй, – кивнула Джоанна и встала из-за стола. – Спасибо ещё раз, Дедушка Яго.
– Не за что, дочка. Добрых снов.
– И вам спокойной ночи.
Джоанна подошла к топчану, по пути почувствовав, что на лицо попала паутина. Поморщилась, смахивая невидимые нити. Улеглась, закрыла глаза. Господи, хорошо-то как. Весь день на ногах, носишься туда-сюда, а сейчас… Тело приятно расслабилось на мягком. В голове лениво ворочались мысли о сегодняшнем дне. Повезло ей всё-таки: вместо ночлега на холодной земле – уютная хижина. И Дедушка Яго такой душка. Божий одуванчик, как говорится. Накормил, напоил, спать уложил. Она сладко потянулась, провела рукой по волосам, почувствовала на ладони что-то неприятное, липкое… «Чёртова паутина! Опять!»
Джоанна открыла глаза, поднесла к ним ладонь, но хозяин уже погасил свет и разглядеть что-то в кромешной тьме было невозможно. Старик, видимо, услыхав её возню, подал сонный голос с печки:
– Что не спишь, Джоаннушка? Али сон не идёт?
– Всё хорошо, Дедушка Яго. Уже почти заснула, просто рука зачесалась.
– А, ну ладно… К деньгам, поди. Это хорошо, – он громко зевнул, –Значится, спим дальше.
– Ага, – Джоанна снова закрыла глаза.
Странно, но сон не шёл. Пять минут назад она была уверена, что её вырубит, как только голова коснётся подушки, но… Тревога, зародившаяся на периферии сознания, настырно тормошила её маленькими холодными лапками. Как у лягушки. Эти воображаемые прикосновения напомнили ей мерзковатое ощущение паутины на своём лице.
Паутина… Откуда? Едва войдя, она сразу обратила внимание на удивительную
Что-то было не так. Она стала прокручивать в памяти сегодняшний вечер с самого начала.
Вот она входит в хижину. Пригнувшись, чтобы не треснуться головой о притолоку. Разувается. До стола с радушным хозяином пятнадцать шагов! Чёрт, она могла поклясться, что снаружи избушка была в длину не больше десяти. Мог ли её подвести намётанный глаз стрелка? Да, конечно, весь день на ногах, было уже темно, и она устала, но… но не до такой же степени! Холодок по коже…
Дальше, дальше!
Вот Дедушка Яго зовёт её к столу, поглаживая седую бороду. Стоп! Какая нахрен борода?!
Джоанна открывает глаза. Кромешная тьма… Просторная светлая комната… Когда он успел погасить светильники? Стоп! Не было никаких светильников! Не было свечей, лампадок или факелов. Не было
Дальше!
Дальше!