Услышав слова свекрови, Цзинь-гуй испугалась, как бы слабохарактерный, нерешительный Сюэ Пань не уступил ей.
– Он отнял у меня служанку Бао-чань и не позволяет ей входить в мою комнату! – зарыдала она. – Только одна Цю-лин это время спит со мной. Я требовала, чтобы ты допросил Бао-чань, а ты ее защищаешь и вместо нее бьешь Цю-лин! Что ж, убей и меня! Можешь жениться на другой, богатой и более красивой! Но зачем устраивать комедию?
Сюэ Пань от ее слов еще больше разгорячился.
Тетушка Сюэ понимала, что Цзинь-гуй пытается прибрать к рукам Сюэ Паня, и, считая такое поведение невестки недостойным, разгневалась. Но, увы, сын ее никогда не отличался твердостью характера, а сейчас, всецело попав в руки жены, стал еще более слабовольным. Сама же Цзинь-гуй, обвиняя мужа, будто бы он забрал у нее служанку, изображала из себя жену, которая во всем повинуется мужу и не мешает ему делать то, что он пожелает. Поистине, вряд ли кто-нибудь еще мог быть настолько коварен! Недаром пословица гласит: «Даже способному чиновнику трудно разобраться в семейных дрязгах»! Что уж говорить о тетушке Сюэ? Не понимая, что творится у нее в доме, не зная, что предпринять, она напустилась на Сюэ Паня:
– Выродок! Ты хуже собаки! Дошел до такой наглости, что по углам прижимаешь служанку и даешь жене повод обвинять тебя, будто ты силой отнял у нее девушку! И как тебе не стыдно! Ведь ты не знаешь, кто виноват, и сразу стал бить девочку! Я тебя хорошо знаю! Ты негодяй! Стоит тебе увидеть что-то новое, ты моментально забываешь и перестаешь любить людей, которые долго служили тебе. Если Цю-лин даже в чем-нибудь провинилась, все равно не следовало бить ее. Я сейчас же позову торговца, пусть ее заберет – по крайней мере ты перестанешь так кипятиться!.. Цю-лин, собирай свои вещи! – крикнула она. – Пойдешь со мной!
Позвав затем служанок, тетушка Сюэ приказала им:
– Сейчас же позовите торговца и отдайте ему Цю-лин! Путь он возьмет ее за какую угодно цену, но только избавит нас от бельма на глазу!
Видя, что мать так разгневана, Сюэ Пань в смущении опустил голову. Цзинь-гуй, слыша эти слова, зарыдала.
– Вы только и умеете продавать своих служанок! – доносилось из ее комнаты. – Стоило слово сказать, а вы и придрались! Неужели вы думаете, что я ревнива и завистлива и не могу ужиться со своими служанками? Кого вы хотите избавить от бельма на глазу? Если Цю-лин вам не нравится, так и я не хочу свою служанку отдавать в наложницы!
У тетушки Сюэ от гнева захватило дыхание.
– Где это виданы такие порядки? – выкрикнула она. – Невестка через окно огрызается со свекровью! Благодари небо, что ты дочь наших старых друзей, а то я бы тебе показала!..
– Ладно вам! – затопал ногами Сюэ Пань. – Люди услышат!
Однако Цзинь-гуй решила, что нельзя успокаиваться, не доведя дела до конца, поэтому закричала еще громче:
– Пусть слышат, мне не страшно! Чего мне бояться насмешек, когда твоя наложница не дает мне житья, только и смотрит, как бы меня извести? Если так и дальше будет продолжаться, лучше продай меня, а ее оставь! Всем известно, что ваша семья благодаря своему богатству и помощи влиятельных родственников притесняет людей! Что ж ты не пользуешься моментом, чтобы избавиться от меня? Если я нехороша, кто заставлял тебя так настойчиво сватать меня? Или тогда ты был слеп?
Она принялась бить себя по щекам. Взволнованный Сюэ Пань совсем растерялся и только охал.
– Как я несчастлив! – восклицал он.
В тот момент, когда тетушка Сюэ приказывала служанкам продать Сян-лин, подоспела Бао-чай и увела мать в комнату.
– Мама, все знают, что в нашей семье покупают служанок, но никогда еще никто не слышал, чтоб их продавали! – сказала она. – Неужели вы так разгневаны, что перестали понимать, что к чему? Люди прослышат, что у нас творится, и нас поднимут на смех! Если мой брат и его жена ненавидят Цю-лин, отдайте ее мне – у меня как раз не хватает служанки!
– Если оставить ее здесь, неприятности не прекратятся, – возразила тетушка Сюэ, – лучше от нее избавиться!
– А если я заберу ее к себе и не позволю ей больше приходить сюда? – настаивала на своем Бао-чай. – Это равносильно тому, как если б вы ее продали!
Цю-лин бросилась на колени перед тетушкой Сюэ и со слезами умоляла, чтобы ее не продавали, а отдали в услужение Бао-чай. Тетушка Сюэ наконец смягчилась и уступила.
Таким образом, Цю-лин сделалась служанкой Бао-чай и перестала бывать в доме Сюэ Паня. Однако на душе у нее было грустно: она прожила с Сюэ Панем несколько лет, но не имела детей, так как страдала болезнью крови, и была этим очень расстроена. От несправедливых обид и издевательств она заболела, у нее развилось малокровие, она лишилась аппетита и стала с каждым днем слабеть и чахнуть. Врачи ничем не могли ей помочь.
