– Моя госпожа очень беспокоится о барышне Линь Дай-юй, – промолвила Пин-эр, – и велела мне присмотреть за нею. Но раз уж вы здесь, моя госпожа может спокойно заниматься своими делами.
Ли Вань кивнула.
– Я тоже хочу взглянуть на барышню Линь, – сказала затем Пин-эр и прошла во внутреннюю комнату. Как только она увидела Дай-юй, из глаз ее полились слезы.
Ли Вань, оставшаяся в прихожей, говорила жене Линь Чжи-сяо:
– Ты пришла как раз кстати! Прикажи экономкам, чтобы они приготовили все необходимое для похорон барышни Линь Дай-юй! Когда все будет готово, доложите мне, а к госпожам ходить незачем!
Жена Линь Чжи-сяо поддакнула ей, нерешительно топчась на месте.
– Хочешь что-то сказать? – спросила ее Ли Вань.
Женщина немного помялась и наконец произнесла:
– Только что вторая госпожа Фын-цзе разговаривала со старой госпожой, и они решили, что на некоторое время им понадобится барышня Цзы-цзюань.
– Тетушка Линь! – вскричала Цзы-цзюань, не давая Ли Вань произнести ни слова. – Прошу вас, оставьте нас в покое!.. Когда умрет барышня, мы, разумеется, перейдем в ваше подчинение, и тогда все, что нужно…
Договорив до этого места, она смутилась и умолкла…
– А сейчас мы захлопотались с барышней, – через некоторое время добавила Цзы-цзюань, как бы извиняясь. – Она еще жива и все время зовет меня…
– В самом деле! Видимо, в прежней жизни барышня Линь была самой судьбой связана с этой девочкой. Она ни на минуту не расстается с ней, – подтвердила Ли Вань. – А вот к Сюэ-янь барышня равнодушна, хотя и привезла ее с собой.
Если возражение Цзы-цзюань не подействовало на жену Линь Чжи-сяо, то слова Ли Вань поставили ее в тупик, и она не знала, что ответить. Видя, что Цзы-цзюань рыдает, как настоящая плакальщица на похоронах, она только усмехнулась и промолвила:
– Болтовню барышни Цзы-цзюань, конечно, можно не принимать всерьез, но как я доложу старой госпоже о том, что сказали вы? Да и как заикнуться об этом второй госпоже Фын-цзе?
Из внутренней комнаты между тем, вытирая слезы, вышла Пин-эр и, услышав последние слова жены Линь Чжи-сяо, спросила:
– О чем вы боитесь заикнуться второй госпоже?
Когда жена Линь Чжи-сяо рассказала ей, в чем дело, Пин-эр, опустив голову, задумалась и вдруг предложила:
– В таком случае можно послать барышню Сюэ-янь.
– Думаешь, она подойдет? – усомнилась Ли Вань.
Пин-эр наклонилась к уху Ли Вань и прошептала несколько слов. Ли Вань кивнула и вслух произнесла:
– Впрочем, действительно все равно, пусть идет Сюэ-янь.
– Да разве может подойти барышня Сюэ-янь? – удивленно спросила жена Линь Чжи-сяо, оборачиваясь к Пин-эр.
– Конечно, подойдет. Она или Цзы-цзюань – одно и то же, – спокойно возразила Пин-эр.
– В таком случае велите ей сейчас же идти со мной, – сказала жена Линь Чжи-сяо. – Мне нужно доложить об этой замене старой госпоже и второй госпоже Фын-цзе… Поскольку все это придумали старшая госпожа Ли Вань и вы, барышня, надеюсь, вы объясните второй госпоже, что я здесь ни при чем.
– Нечего сказать! – воскликнула Ли Вань. – Ты человек пожилой, а боишься взять на себя ответственность за такой пустяк!
– Дело не в том, что я боюсь, – улыбнулась в ответ жена Линь Чжи-сяо. – Этим делом занимаются старшая госпожа и вторая госпожа Фын-цзе, и мы никогда не можем понять, почему они хотят сделать что-либо так, а не иначе. Поэтому я и вынуждена сослаться на вас и на барышню Пин-эр.
Между тем Пин-эр позвала Сюэ-янь.
Надо сказать, что в последнее время Дай-юй считала Сюэ-янь глупой и нерасторопной и старалась не прибегать к ее услугам, и Сюэ-янь охладела к барышне. Поэтому, услышав, что старая госпожа и Фын-цзе зовут ее, Сюэ-янь, не возражая ни слова, стала торопливо собираться.
Пин-эр велела девочке переодеться в новое платье и следовать за женой Линь Чжи-сяо. Сама она еще осталась, поговорила немного с Ли Вань и тоже собралась уходить. Ли Вань велела ей напомнить жене Линь Чжи-сяо, чтобы та попросила мужа сделать необходимые приготовления к похоронам Дай-юй.
Выйдя из дому, Пин-эр за первым же поворотом дорожки увидела жену Линь Чжи-сяо и Сюэ-янь. Пин-эр окликнула их.
– Я отведу девочку, – сказала она жене Линь Чжи-сяо, – а ты передай мужу, чтобы он приготовил все необходимое для похорон барышни Линь. Я сама доложу второй госпоже Фын-цзе.
Жена Линь Чжи-сяо не возражала. Она направилась к себе, а Пин-эр отвела Сюэ-янь в дом, приготовленный для новобрачных, и объяснила, почему вместо Цзы-цзюань пришла Сюэ-янь.
Когда Сюэ-янь увидела приготовления к свадьбе, она вспомнила о своей барышне, сердце ее защемило от боли, но в присутствии матушки Цзя и Фын-цзе она не осмеливалась открыто выражать свое горе.
