И таких деятелей в этой среде предостаточно: даже не каждый второй, а каждый первый, поэтому рубить эти толстые жилистые шеи затупится любой топор, ибо этим людям на данный момент в Российской империи уже принадлежит подавляющая часть всего самого ценного, вкусного и важного. Поэтому такого жирного слона необходимо есть, предварительно разрезав на маленькие кусочки, и начинать необходимо не с самих хозяев жизни, а с тех, кто обслуживает их интересы – вроде того же Стесселя, Фока и Куропаткина… Сначала следует отстранить этих людей от принятия судьбоносных решений, а потом – потрошить на адреса, пароли, явки. Впрочем, в основном этот процесс должен быть заботой уже нового императора, Михаила под номером два. Справился же он как-то с этой кодлой в мире Елизаветы Дмитриевны – справится и сейчас. Жаль только, что в нашей компании нет ни одного кадрового сотрудника спецслужб отечественной выделки, так что учить местных коллег, что и в какую дырку положено совать, придется все тому же герру Шмидту.
К настоящему моменту Стесселя и Фока в Порт-Артуре мы уже от дел отстранили, а с Куропаткиным и Сахаровым в Маньчжурской армии это еще предстоит проделать. Надо сказать, что император Николай, узнав, что генерала Фока взяли с поличным в японском штабе в одной компании с британскими советниками, потерял к этому человеку всяческий интерес. Перспектива грандиозной подставы с катастрофическими репутационными потерями затмила в нем все прочие соображения. Это даже не крик души «не заслоняйте», это плевок в самую нежную и чувствительную часть его сущности, с последующим растиранием сапогами. Людей, участвовавших в этом заговоре, он предал Божьему, то есть моему, суду и умыл от этого дела руки.
Поэтому и на Стесселеву генеральшу император бросил лишь беглый взгляд и, сказав: «Сударыня, ваш муж замешан в государственной измене», бочком обошел распростертую на земле тушу. Кивок Диме-Колдуну, заклинание легкого паралича – и вот уже «упавшую в обморок» Веру Алексеевну с болтающимися руками и ногами утаскивают через краткосрочный портал прямо в Тридесятое царство. Не было ее тут никогда; а там герр Шмидт разберется, что таится внутри этой дамы… Если она и в самом деле толкала своего «Анатоля» к измене, то не сносить ей головы; в противном случае, если вся ее деятельность – только дурь и не более, то отпустим обоих с извинениями, в качестве компенсации слегка подправив здоровье.
Впрочем… вспомнив, что в доме у Стесселей обитали девочки-сиротки, официально находящиеся на воспитании, а реально в услужении, я попросил Кобру взять с собой Матильду и, отделившись от общей группы сопровождающих монарха особ, навестить обиталище Стесселей и попросить несчастных девиц немного погостить у нас в Тридесятом царстве. Ничего мне от них не надо – ни показаний на хозяйку, ни чего-то еще, – только бросать бессильных и несчастных без помощи нехорошо. И пусть кто-нибудь, кто вместо Стесселихи остался в их доме старшим на хозяйстве, попробует не отпустить этих девиц или хотя бы возразить… Вот тогда-то Порт-Артур узнает, какова Кобра в гневе, и покатятся по земле не только виртуальные, но и самые настоящие отрубленные головы.
Что касается флота, то там людей, причастных к заговору, не имеется. Дураков нет. Ведь помимо того, что это был заговор буржуазии против монархии, составное его частью проходила интрига армии против флота. Вот сдадим мы врагу вашу базу – тогда попляшете, самотопы. Для того чтобы выдвинуть подобную идейку, достойную выпускника заведения для умственно ущербных, необходимо было потерять всяческие берега, позабыв о воинском долге, верности присяге и интересах Отечества. Или это подсказка со стороны британских кураторов-заговорщиков? Не стоит забывать, что конечным итогом всей этой комбинации должно стать вступление России на правах младшего партнера в антигерманский союз. Русские сухопутные войска при таком раскладе главным бенефициарам очень нужны, а вот без нашего флота они вполне обойдутся.
Непричастным к заговору оказался и контр-адмирал Вирен. Правда, получив императорский указ об откомандировании в Санкт-Петербург, он совсем этим не опечалился. Командование Порт-Артурской эскадрой кажется ему делом гиблым, – а тут миноносцем до Чифу, а дальше путешествие пароходом вокруг всей Евразии (возможно, даже через Британские острова). А у меня нет ни времени, ни сил его перевоспитывать, потому что в полукустарных мастерских «Неумолимого» уже готовятся десятидюймовые полубронебойные снаряды улучшенной аэродинамики для «Победы» и «Пересвета» и такие же двенадцатидюймовые – для «Ретвизана» и «Полтавы».
