Кратко переговорив с Николаем Оттовичем в присутствии императора, я посоветовал ему снять большую часть команд с бесполезной «Паллады» и однобашенного «Севастополя» (тем более что тот страдает особой тихоходностью), составив боевой отряд из четырех полностью боеготовых броненосцев. С «Баяном» пусть решает сам. Только при этом надо учесть, что если броню эскадренных перворанговых броненосцев японские «асамоиды» пробить не смогут, то одного «Баяна», при перевесе шестнадцать восьмидюймовых стволов против двух, японские броненосные крейсера забьют толпой, как «Рюрика» в Корейском проливе. Конечно, все можно было бы решить очень просто, выпустив в небо этого мира штурмоносец Елизаветы Дмитриевны или первый восстановленный до летно-пригодного состояния ударный тактический бомбардировщик «Каракурт» с «Неумолимого» (что еще страшнее), но это уже была бы совсем нечистая игра. Тут требовалось действовать тоньше… И я подумал: а не сводить ли мне каперанга фон Эссена в гости Гаю Юлию и Климу Сервию? Может, они подскажут мне почти честные способы для аннулирования численного преимущества японского флота?
На этом наш визит в Порт-Артур завершился. Император Николай утомился заниматься делами (как это у него обычно и бывало), и мы вернулись в Тридесятое царство. А там моего гостя уже ожидало невероятное для обыкновенных смертных приключение: двенадцатичасовой восстановительный сон в ванне с магической водой, а затем – двухчасовой релаксирующий массаж с парочкой остроухих. После этих специалисток в вопросе соединения «инь» и «янь» Матильда Кшесинская покажется ему обыкновенной кухаркой, употребленной в постель по причине регулярного недомогания горничной. А уже после восстановительного сна «хозяину земли русской» было обещано большое сафари: охота на диких трицератопсов, стрельба влет по птеродактелям (местный аналог ворон), а также вылазка на африканский континент за головой тираннозавра. Но от последнего пункта Николай благоразумно отказался, после того как узнал, насколько быстро бегает эта вечно голодная тварь, даже получив пулю в сердце из винтовки-слонобоя. Так что в ближайшее время этот человек будет занят своим любимым делом под руководством специально проинструктированных диких лилиток (лучших егерей в природе не найти) и не будет мешать мне разбираться с реморализацией своего брата Михаила, уже наделенного всеми необходимыми полномочиями. И начать, пожалуй, можно с визита на «Неумолимый», который мы совершим все втроем.
20 мая 1606 год Р.Х., день триста сорок девятый, вечер. Крым, Херсонесская (Севастопольская) бухта, линкор планетарного подавления «Неумолимый».
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский.
И вот, воспользовавшись стационарным[20] порталом, привел я каперанга фон Эссена и Великого князя Михаила Александровича из мира Содома в свои Бахчисарайские владения в Крыму мира Смуты. А тут хорошо: майские степи сплошь покрыты алыми маками, на пологих склонах холмов пасутся ремонтные табуны отборных дестрие; кобылы богатырских статей нежным ржанием подзывают к себе заигравшихся на травке будущих Буцефалов. У будущего императора, а пока кирасирского поручика, при виде такой идиллии загорелись глаза. Через три года, после взросления и возмужания, любой из этих жеребят будет годен под седло хоть Александру Македонскому, хоть императору Всероссийскому. В общем, у меня возникла мысль, что если все закончится хорошо, я подарю новому русскому императору небольшой элитный табун, который можно будет использовать если не в военных, то в спортивно-эстетических целях.
Бахчисарайский же дворец при этом особого впечатления на моих гостей не произвел. Сарай, он и есть сарай; все самое интересное у него внутри, но нам туда сейчас не надо. Немного больше эмоций вызвал новый Бахчисарайский фонтан с обитающим в нем духом воды, но его мощность гораздо меньше, чем у Даны в мире Славян, и уж тем более по силе он уступает первичному фонтану в мире Содома. Собственно, мы и задержались на этом месте только потому, что именно сюда по моему вызову должен прилететь флаер с «Неумолимого».
