— Да уж, тот еще вредина, — усмехнулся вдруг Барховский.
Ульяна мазнула по нему ироничным взглядом и выдала:
— Что-то последнее время сплошь вредные клиенты…
По тому, как Барховский склонил голову в ее сторону и как его рука с телефоном замерла над столом, Ульяна вдруг поняла, что произнесла это вслух. Но мгновенно собралась, непринужденно откинула волосы со лба и снисходительно растянула уголки губ.
— Я понимаю вас, — качнулся Сергей в сторону Исаевой, — в пятницу была напряженная встреча… Но и сам проект интересный!
— Да, не расслабишься, — согласилась Ульяна.
— У нас по пятницам расслабляются, — хмыкнул Барховский и красноречиво провел двумя пальцами по вертикально стоящему карандашу.
По позвоночнику Ульяны снизу вверх будто огненная дорожка пробежала, что даже затылок запекло. Она опустила глаза в стол, чувствуя, как горят кончики ушей. Такого откровенной провокации она не ожидала. Было ощущение, что сейчас все собравшиеся в зале смотрят только на нее и знают, что произошло в эту пятницу. С трудом вдыхая воздух, показавшийся спертым, она боялась поднять голову и понять, что все так и есть.
— На этот раз в субботу, — весело проговорила Маевская. — Не забывайте что эта неделя шестидневная, как в школе.
И ее реплика выбила Ульяну из ступора. Секундное слабоумие прошло: вряд ли, вообще, кто-то слышал и понял, о чем речь.
«Провокатор хренов! — потекли ядовитые мысли Ульяны. — Думаешь, теперь меня можно носом тыкать? Это мы еще посмотрим…»
— Ну что ж, я вижу все в сборе. Начнем… — поднялся Сергей Павлович, и все внимание обратилось к нему.
Кирилл неспешно перевел глаза на Исаеву и заметил, каким бесстрастным взглядом она окинула его и как равнодушно отвернулась к коллегам. А потом она расслабленно откинулась на спинку кресла и за все время собрания даже головы не повернула в его сторону: внимательно рассматривала эскизы и делала пометки в ежедневнике.
«Недотрога», — усмехнулся он, довольный, что его нечаянный секс обошелся без традиционных последствий: заискивающих взглядов, намеков на продолжение и абсолютной уверенности, что теперь она для него что-то значит.
Он всегда придерживался принципа не спать с женщинами из ближайшего окружения или с теми, с кем непосредственно работал. То, что произошло с Исаевой, значило только одно — что он мужчина со здоровыми потребностями, которому в тот вечер требовалась разрядка, а она — соблазнительная женщина, которая спровоцировала его, не более того.
И тем не менее его взгляд то и дело падал на Исаеву, а губы вспоминали ее шею, грудь… Кирилл даже ненадолго задумался, кто из последних любовниц доставлял ему такое удовольствие. Если он хотел просто секса, то ехал к Алине, если чего-то горячего и отвязного — в закрытый клуб, куда без особого приглашения не войдешь, а если хотел отдохнуть и телом, и с пользой провести время, то бывал у Карины Хлыщевской. Секс после умной беседы с интересной начитанной женщиной был по-своему хорош. Исаева и не старалась демонстрировать ему свои умения — всего лишь открыто позволила взять то, чего он хотел в тот момент, и все же секс с ней запомнился. Как и с той малолеткой, которая обиделась и не хотела отвечать на звонки…
«И что он все смотрит и смотрит? — раздражалась Ульяна, боковым зрением ловя на себе его снисходительный взгляд. — Думает, я теперь буду перед ним млеть и таять? Разбежалась! Это случайный секс… Вовремя зашел на огонек», — с неприязнью припомнила она его слова.
Но при воспоминании о его пальцах внутри нее, мышцы влагалища непроизвольно сократились. Ульяна сглотнула от острого ощущения и поерзала на стуле: «Так, все! Секс был хорош, но сапер ошибается один раз!»
Собрание продлилось до обеда, потому что новый юрист решил озвучить положения корпоративного кодекса и коммерческой тайны и взять со всего коллектива подписку о неразглашении. Сразу после Ульяна выскользнула из офиса на прогулку по набережной. Петр прислал сообщение, что поедет по своим делам и не сможет обсудить бизнес-план, а оставаться в офисе ей не хотелось.
Проговорив полчаса по скайпу с Машей, которая вернулась из Санкт-Петербурга и советовалась с ней о подарке для Дениса на 23 февраля, она вернулась к офису, чтобы успеть перекусить.
Войдя в холл делового центра, Ульяна задержалась у дверей, чтобы стряхнуть налипший снег с замшевых ботинок. И вдруг услышала знакомые голоса:
— Я не мог дозвониться до тебя два дня! Что за капризы?
Она подняла голову и неожиданно уперлась взглядом в Барховского и девушку, в которой узнала Беллу. Они стояли недалеко от центрального входа за каменной кадкой с зеленым кустом. Белла смотрела на него исподлобья и нервно покусывала губы, а тот буравил ее недовольным взглядом. Ульяна так и замерла у порога.
— Ну вот она я! Что тебе надо? Грешки решил замолить таким оригинальным подарком? — раздраженно фыркнула девушка и затрясла перед его лицом макетом в черной рамке, в котором Ульяна мгновенно узнала свою работу.
