Не ожидала, но Барховский все еще был в квартире. Уже в пальто он стоял у окна и кому-то набирал в телефоне.
— Почему не уходите? — спросила она через удушающий кашель.
Он бросил на нее снисходительный взгляд и убрал телефон в карман.
— Все, что в холодильнике, уже не свежее. Влад привезет продукты. Если хотите чего-то конкретно, напишите.
— Ничего не надо, — тихо ответила она, опуская глаза.
Он продолжал молча смотреть на нее.
— Я ничего не чувствую: ни запаха, ни вкуса… И тело будто не мое…
Кирилл взглянул на часы. Вероятно, из-за этого она отвергла его в душе. Стало спокойнее. Недовольство от невозможности удовлетворить все еще жгущее в паху желание медленно растворилось. «Значит, в следующий раз…»
Ульяна подняла голову и заметила, как разгладилось его лицо, смягчился взгляд, но лишь на мгновение. А может, ей это только показалось. Он бесстрастно кивнул и покинул квартиру.
Чуть позже, когда Ульяна уже смогла поменять белье, через силу вымыла полы, водитель Барховского привез пакет с тщательно упакованными одноразовыми контейнерами с готовой едой и забрал другой — с тремя тортами и другими контейнерами, неизвестно откуда оказавшимися в холодильнике. Спросил, не нужно ли чего, а когда Ульяна растерянно отказалась, ушел.
«Любезный какой! Это кто надеется на благодарность, интересно?»— усмехнулась она, перебивая контакт Барховского с «Офисный хомосапиенс» на «Рабовладелец».
В полдень следующего дня в дверь постучали. Ульяне уже было лучше, но она не спешила открывать. Посмотрела в глазок и задумчиво свела брови. За дверью стоял неизвестный парень в маске с букетом цветов.
«Только не это! — скривилась она. — Что, опять подвиги начались? А что ж не сам-то приехал? Или не царское это дело?»
Ульяна открыла дверь с полным равнодушием на лице.
— Добрый день! Ульяна Исаева? — бодро произнес парень.
— Она самая, — просипела та.
— С праздником! — и тот протянул шикарный букет весенних цветов. Ульяна даже почувствовала их слабый аромат. — Распишитесь…
Курьер протянул планшет, где Ульяна расписалась пальцем, и ушел. Она кисло посмотрела на цветы и уронила руки.
Букет красивый. Очень! И вроде бы просто цветы — закономерный жест на восьмое марта, но он вызвал желание больше никогда не появляться в издательстве и даже исчезнуть из квартиры, только бы ничем не быть связанной с Барховским. Однако, прочитав открытку, Ульяна просияла: это были цветы от Бута с поздравлением и пожеланием скорейшего выздоровления. Она сразу отправила ему благодарное СМС и поздравила всех коллег.
Барховский в этот день даже не позвонил. Напряженное ожидание его звонка, мысли, что сказать в ответ без колкости, к ночи развеялись. И, как ни странно, Ульяна даже обрадовалась. Зачем эти брачные игры, если их ничего не связывает, кроме двух нелепых случаев слишком близкого контакта: первый раз — случайность, второй — оба были пьяны. Сплошная неловкость, да и только.
С каждым днем Ульяне становилось легче. Она даже радовалась такому вынужденному отдыху после всех офисных интриг, но уже начинала скучать по работе. Когда голова стала соображать, она попросила Ринату прислать ей неоконченные и новые проекты.
Как оказалось, Маша отделалась лишь тремя днями слабости и теперь только кашляла. А вот Денис все еще лежал в стационаре и медленно шел на поправку.
Барховский так и не объявлялся. Но теперь все, что она ела или видела в холодильнике, напоминало о нем. Еда была очень вкусной, не похожа на ресторанную. Такая забота и внимание совершенно не вязались с его поведением в целом. Столько в нем было противоречий, Ульяна все никак не могла его разгадать. А когда готовая еда закончилась и она начала готовить себе сама, заказывая продукты на дом, то и пустые мысли о Барховском стали выветриваться.
После повторного отрицательного теста на COVID-19 в начале третьей недели больничный закрыли. В вечер перед выходом на работу Ульяна испекла торт в виде восьмерки, чтобы поздравить коллег с прошедшим праздником. А потом испекла еще и свой фирменный кекс с мыслью, что отнесет его Барховскому в качестве благодарности за все, что он для нее сделал, и избавится от преследовавшего ее чувства долга. Она действительно была ему благодарна за врача и лекарства, которые значительно облегчили ее состояние, но пусть и не ждет, что она отблагодарит его как-то иначе.
