И еще про рот. Снятие зажимов жевательных мышц простым массажем ладоней с оттягиванием нижней челюсти максимально вниз приводит к эмоциональному раскрепощению. Об этом всегда говорят телесно-ориентированные терапевты. Впрочем, они с удовольствием расскажут все о мышечных блоках и подавленных эмоциях гораздо лучше, чем я. Я же просто делюсь опытом собственного «исцеления» через энергетику голоса. А в нём я убежден с того момента, как стал ходить на вокальные занятия к педагогу «Геликон-оперы» Галине Ивановне Пичугиной. Заходил в половине десятого утра в класс, и хмурое февральское утро для меня начинало играть лучами уже через полчаса, и я переставал злиться на зиму, на снег и угрюмое московское небо.
Голос любит амплитуду и модуляцию. Звуковысотный диапазон и сила – то к чему голос интуитивно стремится. Как говорит певица Мариинской оперы Мария Баянкина, голос как самолет – любит силу и скорость, и тогда он взлетает. Баланс модуляции и амплитуды организует инструментальную выразительность и музыкальность голоса. Это равнозначно важно как для сцены певческой, так и для любой другой. А может, голос это – и есть порыв ветреной стихии, который наполняет паруса сознания. Даже если это шёпот неповторимого Иннокентия Смоктуновского, читающего пушкинского «Пророка»! И в громогласных голосах боцманов барка «Крузенштерн» на палубе в момент аврала та же стихия. Эти мощные голосовые сигналы управляют действиями палубной команды и раскрывают паруса на мачтах.
Тихие и громкие картины мира уже запрограммированы в нашем голосе. А еще голоса детей, стариков, и далее животных и птиц, и ещё вымышленных существ. Сколько любимых героев моего детства разговаривают голосом Василия Борисовича Ливанова! А ведь между Шерлоком Холмсом и Крокодилом Геной экзистенциальная пропасть. В театральных вузах на младших курсах практикуется упражнение «Наблюдения за людьми». У нас в школе учителя называли такую практику «обезьянничанье».
Познакомившись с Градским, я любил подражать его манере монолога, а поскольку Александр Борисович был переполнен самыми разными устными новеллами и фольклорными эпосами, это удваивало эффект его образа в моих пересказах мэтра.
Голос любит своего слушателя. Всё что связано со сценой – будь это многотысячный фестиваль или просто табуретка под ёлкой с Дедом Морозом – всё это одно и то же безумие. Само чувство опасности и азарта способно наводнить нашу кровь гормонами стресса, а это эволюционно выработанный биохимический «коктейль выживания» (спасибо щедрым надпочечникам).
Во времена первых больших площадок, меня просто разрывало от стрессового возбуждения. Помнится, на легендарном многотысячном Ходынском поле я стоял на коленях и бил бубном о подмостки не помня себя. Подобно перегрузкам в пилотировании истребителей – тело переживает стресс, и голос вырывается из тебя, как струя пара из кипящего чайника. Для уравнивания этих энергий необходимо мастерство шамана.
Бобби Макферрин (автор хита «Don’t worry, be happy») – человек, способный провести полуторачасовое шоу только с одним микрофоном, без единого музыкального инструмента, выстраивая джаз-вокальную импровизацию с залом. В одном из интервью он говорит следующее: «Исполнитель должен оставить за кулисами самого себя, выйти к зрителю и освободить ему дорогу к музыке».
Таким образом, между твоим голосом и людьми возникает «рапорт» – активный канал внимания. Это французское слово заимствовано из гипнотерапии. Твой голос превращается в главное событие для другого. Он взлетает, масштабируется в новом пространстве, становится более смелым и живёт уже где-то выше над тобой. Это и есть тот самый момент когда «дорога освобождена» – то, о чем и говорил Бобби Макферрин. Впрочем, если ты экскурсовод – тогда по этой дороге идет история, если ты бизнес-тренер – идёт поток ясных идей, если ты на табуретке под ёлкой – к тебе идёт мешок Деда Мороза целиком.
Голос любит своего слушателя, потому что слушатель обуславливает существование сцены. Творчество же может заряжать и работу вокалиста, и публичную презентацию проекта, и монолог юриста в зале суда.
Слушатель и голос существуют друг для друга здесь и теперь. И нет других шансов поступать иначе, если тебе нужно удерживать внимание людей в этом изначально рискованном открытом пространстве.
Чтобы как-то равноправно представить все «за» и «против», перечислим все же немного то, чего явно голос не любит.