Сорока полностью

Кейт находила странным, что у взрослого мужчины такие приторные отношения с матерью. В тех редких случаях, если Джейк забывал о времени, Аннабель принимала защитную стойку и досаждала. Одним воскресным вечером они ходили в кино, а когда вышли на улицу и он включил свой телефон, то увидел там четыре пропущенных звонка и три сообщения от матери, и ее тон становился все более ультимативным.

– Дерьмо, – выругался Джейк. – Мне лучше позвонить ей. Иначе она будет волноваться.

– Ладно, – ответила Кейт, отпуская его руку. Она не собиралась вмешиваться, но все же хотела, чтобы он понял, насколько это странно.

Джейк позвонил, и Аннабель успокоилась, а на следующий день он отправил ей букет цветов, Кейт это показалось лишним.

– Наверное, я должна быть рада, что единственная другая женщина в твоей жизни – твоя мать, – пошутила Кейт, но на самом деле это была не шутка.

– А ты единственная, с кем я хочу заниматься сексом.

Прозвучало недостаточно обнадеживающе. Она заметила, что он не критикует Аннабель и не стремится дистанцироваться от матери.

– Ну, это здорово.

– Ты ей понравишься.

Опять же, это совсем не то, что Кейт хотела бы услышать.

Тема оказалась задвинута в дальний ящик. Джейк рассказал ей, что их близость возникла в результате того, что он оказался единственным сыном, да еще и самым старшим, поэтому Аннабель всегда возлагала на него большие надежды. Но странно, что она не обращала внимания на дочерей или собственного мужа. «О, Крис не очень хорош в подобных делах», – пояснил Джейк, словно повторял чью-то чужую точку зрения. Если он хотел принизить отца, то всегда называл того по имени.

– В каких это делах? – уточнила Кейт.

– Я имею в виду, что он очень приветливый, милый и все такое, но все же бесхребетный. А вот мама сильная.

– Он вроде бы врач?

– Да, на пенсии. Так и не стал важной шишкой.

– А что насчет твоих сестер?

Он вздрогнул.

– Все сложно. Две живут за границей, а Милли никогда не звонит.

– Твоя мать могла бы сама ей позвонить.

– Она звонила. И все равно мы с мамой остались близки.

И он возвращался к прежнему занятию – смотрел матч по регби по телевизору, обняв ее за плечи, и вяло листал книгу по стратегии управления бизнесом – на этом все. Джейк никогда не чувствовал подтекста или скрытых смыслов в вопросах Кейт. Он всегда думал о матери хорошо и всегда принимал ее слова. Кейт знала, что это стало частью его личности.

Поэтому старалась избегать темы семьи. Аннабель и Крис жили в Тьюксбери за сотни миль, и пока Кейт не нужно проводить с ними время, ее все устраивало.

Но потом, во время одного из воскресных вечерних звонков, она получила это приглашение. Джейк, по своей привычке, сидел на диване, а Кейт листала газету в гостиной. И слышала его слова.

– Да, мама.

– Все хорошо, спасибо.

– Да, на этой неделе я не слишком занят. Сделка состоялась, все хорошо.

– Да.

– Угу.

– Ага, в порядке.

– Она сейчас не возле меня. Позволь мне спросить ее.

Он подошел к кровати и протянул телефон.

– Это моя мама, – предупредил Джейк. – Она хочет с тобой поговорить.

Кейт занервничала, ей казалось, что ее вот-вот отчитают. Аннабель скажет, что она недостаточно хороша для ее обожаемого сына. Кейт не взяла телефон, но приподняла капюшон кофты, спрятавшись, прямо как ребенок. Она сама не знала, зачем она так сделала. Джейк погрозил телефоном, приговаривая: «Возьми!»

Она протянула руку и прижала телефон к уху.

– Здравствуйте?

– Привет. Кейт?

Громкий, властный голос.

– Да.

– Это Аннабель, мать Джейка.

– Да, я знаю.

Аннабель резко рассмеялась, и Кейт поняла свою грубость.

– Как у вас дела? – спросила она, симулируя дружелюбность. – Я так рада вас слышать!

– Я тоже рада, Кейт. Много о тебе слышала. Я полагаю, что вы с Джейком были… – последовала небольшая, но многозначительная пауза: – он ухаживает за тобой примерно три месяца или около того?

– Вообще-то шесть, но…

– Шесть! Боже мой!

Кейт взглянула на Джейка, который прислонился к дверному косяку, скрестил руки и слегка нахмурился. Она подумала, специально ли он сократил срок их отношений, чтобы мать не чувствовала опасности.

– И вы так много времени проводите вместе, – продолжила Аннабель. – Мне кажется, что вы всегда в его квартире, когда я звоню.

– Ну, я… – Значит, Джейк даже не сказал матери, что они живут вместе. – Да, – тихо подытожила она.

– Слушай, мне нужно идти, там паэлья на плите, но я хочу сказать, что мы хотим пригласить вас, ребята, на обед в выходные. Как вам будет удобно. Я знаю, что вы, молодые, так заняты, поэтому вам не до выбора дат. Но кроме двадцатого. У меня в этот день хор. И не тридцатое. Но любая другая дата подойдет.

– Благодарю, – произнесла Кейт, хотя приглашение не выглядело таким уж любезным. Сложно придумать какое-то оправдание, видимо, никак уж тут не отвертишься. – Было бы здорово.

– Хорошо. Жду вас с нетерпением.

Повисло долгое молчание. Кейт рассматривала свои трикотажные коричневые носки. В окне виднелись верхушки парковых деревьев и тонкий шлейф красновато-розового неба.

– Ты не могла бы передать трубку Джейки?

– Да, конечно, извините.