Тут просыпается сестрёнка и таким голоском мультяшным как заревёт. Быстро мама подошла к ней и стала её успокаивать. Она такая маленькая и завёрнута как гусеничная куколка. Успокоив, мама перенесла её из детской кровати на диван. Распеленала и под струёй воды в ванной её ополоснула. Затем сменила ей там все пелёнки и оставила полежать, поболтать ручками и ножками. Ну а я сел рядом и стал за своею сестрёнкой наблюдать…
На следующий день я пошёл гулять. Во дворе встретился со Стёпкой, и отправились мы на «понтон» – лодочную станцию. Это место, где наша говнотечка впадает в реку. Устье. Там находились уже местные молодые ребята со своими подругами. Они только и делали, что ныряли в воду с буйков, не боясь того, что ими распито много спиртных напитков, бутылки от которых впоследствии были разбросаны по всему берегу. И вот, с тёзкой пройдя эту шумную пьяную компанию, мы расположились метрах в двадцати от них. Скинули вещи и пошли то же самое за ними повторять. Вода тёплая, но мутно-зелёная. Накупавшись и даже нырнув пару раз с буйков, мы вернулись на берег и стали загорать, лёжа на песке под палящим солнцем. Хорошо так. Лежим и загораем. Те самые ребята стали тоже вылезать из воды и греться на солнце. Вот лежим мы, и тут я стал переворачиваться на живот и чисто случайно периферийным зрением увидел что-то странное в воде. Как будто кто-то тонет. Но при этом не издавая никаких звуков и не зовя на помощь. Я толкнул Стёпу в плечо и, указывая туда, сказал ему:
– Смотри, что это там?..
Стёпа присмотрелся и:
– Блядь, там человек тонет!
Во мне моментально зарождается страх. Сердце забилось так, что под ритм какой-нибудь ниггер с удовольствием зачитал бы рэп… У меня дыхание участилось, и пальцы рук необычно так, судорожно затряслись. А Стёпа уже всех, кто был рядом, об этом оповестил. Все подорвались и подбежали к берегу. Но никто из них не осмелился нырнуть в воду, чтобы спасти её (она дала знать о себе). И тут откуда-то взявшийся пожилой мужчина мимо нас пробегает и ныряет в эту мутную воду. А девчонка уже скрылась из виду. Мужчина быстро подплыл к предполагаемому месту, вдохнул воздуха и сам скрылся в воде. На берегу все стоят и переживают. А девочка была из той шумно-пьяной компании. Вот они то как раз и мечутся… Подруги её орут со слезами… Уже прошло минут пять, а так никто и не всплыл. Началась истерическая паника среди всех. А напротив, на левом берегу, была та самая лодочная станция. И те мужики, которые находились там, услышали эти крики, стоны, молитвы о помощи. Они не медля погрузились в одну из сотни стоящих моторных лодок и поплыли туда. А меня до сих пор так и не отпустило. Стою и наблюдаю за всем происходящим, тем самым делая себе хуже. И я попросил Стёпу, чтобы убрались мы отсюда куда подальше и как можно скорее. Он меня послушался, и, не дожидаясь развязки этой ужасной трагедии, отправились к себе во двор. И по дороге мне стало легчать. Проходя мой подъезд, заскочили на второй этаж. Руслан, к нашему счастью, был дома. Но Руслан перед своим отцом провинился, и отец наказал его домашним режимом. Поэтому прям в подъезде мы обо всём в подробностях ему и рассказали. Руслан ужаснулся и ответил:
– Фу-у-у, я там больше не буду купаться.
С ним согласились и мы. И вот настало время, словарный запас у нас закончился, и мы, попрощавшись друг с другом, разошлись. Дома я маме рассказал о случившемся, но, вместо того чтобы посочувствовать, она стала на меня кричать:
– А вы что там делали?!
Я:
– Загорали…
Мама:
– Загорали они, блядь… Чтоб ноги твоей там больше не было! Понял?!
И грозно добавляет:
– Ты меня понял?!
Я, в какой-то степени почувствовав вину за собой, ответил:
– Да понял я, мам…
А мама добавляет уже как бы себе:
– Ишь, блядь, загорали…
И пошла на кухню, пока доча спит. Разогрела покушать, наложила в тарелку, позвала меня, я прибежал, сел за стол и принялся есть. Съев всё, помыл за собой посуду. Затем пошёл в зал. А мама сидела на диване и смотрела свою любимую передачу «Человек и Закон». Я подошёл к ней, обнял и поцеловал.
– Мамуль, я люблю тебя!
Она меня тоже поцеловала, и я пошёл в свою комнату. Точнее, нашу с братом, ну а ещё точнее, в мою, брата и теперь ещё и сестрёнки. Взял бумагу и принялся что-то такое наобум из неё вытворять.
Как и всегда, вечером приехал со службы Андрей. И мама, почувствовав, что с ним что-то не то, спросила:
– Андрей, ты себя нормально чувствуешь? Весь бледный как поганка…
Он:
– Да, что-то есть такое, непонятное ощущение…
Мама:
– Ты смотри, дочу не зарази. Чтоб к ней не подходил.
Андрей:
– Да, да…
И пошёл на кухню лазить по кастрюлям. Вот и прошёл этот день, мама уложила меня спать, выключила свет и закрыла дверь. Я остался один в комнате. Засыпая с одеялом на голове, стал вспоминать ту самую трагедию, которая виднелась мне отрывками того, что видел я издалека. Так и уснул…
