Утром отчиму становится плохо. Мама отправляет меня к бабе Римме вызвать скорую помощь. Они приехали, осмотрели и увезли его в больницу. Там Андрею делают спирометрию и рентгенографию грудной клетки. И выявляют у него астму. Он задыхается… Хотя в последнее время мы и сами обращали внимание на необычный кашель у Андрея, но не придавали этому значения, ссылаясь на обычную мокроту. Да и он сам на кашель свой не обращал внимания. Под препаратами его продержали в больнице дней десять, затем выписали. И дома в повседневной своей жизнедеятельности теперь должен всегда пользоваться специальным баллончиком, который он впрыскивает себе в лёгкие вместе с вдохом, когда начинает задыхаться.
С этого мгновенья у Андрея изменилась жизнь. Из-за этой болезни он не мог играть на трубе. И его начальник по обоюдному согласию Андрея перевёл в другое подразделение. У него упала зарплата, и нам едва стало хватать на еду. Почти все деньги уходили на нашу маленькую Свету. А ещё, помимо этого, нужно платить за коммунальные услуги. Плюс я с братом, два оглоеда, которых надо собирать в школу. В общем, с трудом да с грустью стали во многом себе отказывать. Даже машину перестали заправлять, так как Андрей за полчаса мог и ногами дойти до своей работы. Вот так просто человеческое здоровье повлияло на семейный быт!
Вот и заканчивается лето, приближается первое сентября. Мама ввиду финансовой затруднённости просит бабу Машу помочь нам. И она в этот же день приехала вместе со Славой за мной. Бабушка привезла недорогой подарок нашей маленькой сестрёнке и под присмотром мамы взяла её на руки, стала ею любоваться. Ну а я в это время одевался, и от того, что поеду к бабе и увижусь с отцом, меня переполняли эмоции. Я весь такой навеселе, улыбаюсь и внимательно слушаю маму с бабой, о чём они разговаривают. Посплетничав ещё минут двадцать, мама спросила, глядя на меня:
– Оделся?
Я стою с братом.
– Ага!
Мама нам:
– Ну, идите обувайтесь…
И мы с братом, подшучивая друг над другом, пошли в прихожую обуваться. Ну а баба всё это время держала на руках маленькую Свету, затем она аккуратно передала её маме и пошла тоже обуваться. Ну а мы уже обутые стоим и ждём бабу. И вот момент счастья для меня. Дверь входная открывается, и, попрощавшись с мамой, мы вышли в подъезд. Минут через пять следом за нами вышла баба. И под её темп, не спеша, отправились на автобусную остановку. Ехали с пересадкой на двух автобусах через весь город. И вот наша остановка, вышли, перешли дорогу и отправились к дому. Баба живёт недалеко, метрах в трёхстах от остановки. А вот и место знакомое, здесь Андрей останавливался, когда Славу к бабе привозил. Ну а мы зашли в дом, а в нём имеется лифт, как мне показалось, с деревянными дверями, либо что-то похожее на дерево. И вот когда мы стали на лифте подниматься, то он весь зашумел, заскрипел и стал шатался из стороны в сторону. Я испугался и прижался к бабе. Створки раскрылись, и мы вышли на площадку. Здесь же стоят огромные деревянные ящики, которые забиты соседями всяким ненужным им барахлом. Баба открыла дверь, и мы вошли в квартиру. В прихожей нас встретил кот Вася. Он стоял в дверном проёме и смотрел на нас. Папы дома не было, он с утра до вечера на работе. Мы разделись и прошли в комнату. Я стал всё осматривать. А баба ушла в ванную комнату. Тут брат встал на колени и вытащил из-под серванта картонный трамвай. И стал мне его показывать. Он словно настоящий, стоит на картонных путях, и есть одна развязка. Даже столбы сделаны из картона, а провода – чёрные капроновые нитки. Я от увиденного:
– Ух ты-ы…
А брат говорит:
– Почти месяц делал.
Затем он встал, подошёл к папиному дивану и поднял его. Достал огромный деревянный корпус линкора.
– А это папа выстругал… Вот чертежи… Линкор!
И показывает журналы об этом корабле, где всё о нём сказано и имелись вкладыши с подробным масштабным чертежом корабля. Я на всё это смотрю, и тут оба слышим:
– Слава, Стёпа, идите кушать!
Брат убрал всё обратно, и мы пошли на кухню. Сели за круглый деревянный стол, и баба начала нас обслуживать, прямо как официантка. Наевшись, пошли опять в комнату. Брат достал из ниши оставшийся ватман, взял ножницы и вместе со мной стал вырезать шаблоны для изготовления вертолётиков, дирижаблей и самолётов. И вот у нас уже их целая куча. А баба к этому времени убралась на кухне и вошла в комнату. Брат у неё спрашивает:
– Баба, выйдем на лоджию?
Она посмотрела на то, что мы сделали, и сказала:
– Только со мной…
Пошла в прихожую, накинула что-то на себя, и мы все вместе вышли на балкон. Я говорю:
– Ого, как высоко…
Бабушка:
– Стёпа, смотри, чтобы плохо не стало, если что, сразу говори!
Я:
– Да, баб…
