Кузнечик быстро обошёл своих помощников, переговорил с каждым, глянул в горн, кивнул, хлопнул по плечу надзиравшего за этим отрока и вернулся к старшине.
— Вот, дядька Сучок, топор твой, — Тимка протянул мастеру топор и небольшой глиняный горшочек. — А это паста. Нанеси её чуток на ремень и правь — топором бриться можно будет!
— Благодарствую! Ты всех озадачил? Готов теперь? — Сучок сунул топор за пояс, а горшочек за пазуху.
— Готов, дядька, — кивнул Кузнечик.
— Ну, пошли тогда, — плотницкий старшина начал было поворачиваться к двери, но задержался. — А ты молодец — о деле не забыл!
— О топоре?
— И о нём тоже! — кивнул плотницкий старшина. — Он ведь тоже дело, пусть и не главное.
— А какое главное?
— Чтобы работа без тебя не стояла!
Они вышли на двор и направились к воротам.
— Дядька Сучок, — Тимка скользнул взглядом по терему, мимо которого они проходили, — хоромы бояричу ты строил? А как? А петуха кто на крыше резал? А чего у него хвост такой, ему ветер задувает? А на крыльце сверху — можно я вырежу?
— Расскажу! И покажу! И попробовать дам! — Со смехом кивнул головой мастер. — Понравился терем?
— Угу, — Кузнечик опять отбросил со лба волосы. — У нас, то есть, за болотом, храм Сварога даже побольше будет, но он по-другому строен.
— Вот как? — Сучок заинтересованно хмыкнул. — Значит, и тебе будет что рассказать. Ты чертежи чертить умеешь?
— Умею.
— Вот и ладушки!
Так за разговорами они и добрались до лесопилки. Сучок, желая лишний раз расположить к себе необычного подростка, не поленился показать Кузнечику и водяные колёса, и приводы пил. Тот облазил буквально всё, засыпал старшину кучей вопросов, но было видно, что такую лесопилку он видит не впервые.
Усилием воли Сучок задвинул мысль о заболотных конкурентах в дальний уголок сознания и, наконец, завёл разговор, ради которого сегодня отправился в кузню.
— Ты, Кузнечик, неведомое узнать хотел, так гляди! — с этими словами плотницкий старшина извлёк из ларя модель требушета и поставил её на стол.
— Дядька Сучок, а что это? — Тимка вожделённо зыркнул на модель.
— А это то, чему мы с тобой учиться станем! — Плотницкий старшина неожданно для себя подмигнул отроку.
На лице мальчишки мелькнуло изумление. Мелькнуло и исчезло.
— Благодарствую за честь, мастер! — Кузнечик низко поклонился.
— Вижу, что понял ты, отрок, — Сучок принялся усиленно строить хорошую мину при плохой игре. — Задачка нам с тобой непростая выпала! Камнемёт мы с тобой ладить будем, а на столе — образцовая игрушка, чтобы заранее всё на ней отладить и потом дури не упороть!
— Модель? — Тимка утвердительно тряхнул чубом.
— Верно, модель! Хороши у тебя наставники были! — Сучок напустил на себя покровительственно-наставительный вид, который подсмотрел у покойного отца Михаила. — Только так образцовую игрушку греки да латиняне зовут, а нам их зады повторять не след!
— Как скажешь, мастер! — Кузнечик всем своим видом являл картину "примерный ученик внимает учителю".
— Так на чём я остановился? — Плотницкий старшина со всей возможной солидностью покивал головой. — А, вспомнил! Вот эта лесина называется стрела и будет саженей пяти в длину, к ней с одной стороны крепится кожаная праща, а к другой привешивают противовес, и крутится та стрела на оси…
Сучок рассказывал и показывал всё, что узнал от Лиса и смог выяснить сам за время работы над моделью, но какая-то мыслишка скреблась на дне его сознания, как мышь в амбаре, вот только отловить её никак не получалось. Кузнечик внимательно слушал, к месту задавал вопросы и вообще, что называется, смотрел наставнику в рот, но что-то в его глазах светилось такое, чему Сучок названия придумать не умел, и это что-то мастеру совсем не нравилось.
— Теперь сам погляди! — плотницкий старшина выдохся.
