Эгалитаризм – это концепция "все равны", родственная гуманизму (ещё точнее – следующая из такового). Несмотря на очевидную ложь – разве все равны по интеллекту, способностям и т. д.? – она является популярной в системе "общечеловеческих ценностей". Про гуманизм – см. выше. Уточню, что равенство подразумевается не только "вертикальное" (дворник равен академику), но и "горизонтальное": все равны без учёта нации, расы и т. д., причём – во всем. Хотя, как известно, черные статистически лучше играют в баскетбол и боксируют, а белые лучше играют в шахматы и стреляют, так что лживость теории "всеобщего равенства" видна даже на этом примитивном примере.
Что касается "иерархизма" – то, видимо, специально подобрано слово, вызывающее негативную эмоциональную реакцию. Корректная дихотомия – это элитаризм против эгалитаризма. Т. е. стремление к саморазвитию, становлению элитой – в противовес априорному равенству всех.
Все три пункта надо понимать целостно. Так, становление элитой – это именно реализация себя как Воина/Мастера/Мудреца на максимально достижимом уровне, а вовсе не "чей пиар лучше", "кто больше украл" или "кто является самой гламурной лошадью бомонда".
Итак, "левый" социализм – это не просто симулякр, это именно что опасное общественное явление, ведущее к паразитизму "слабых", "меньшинств" и проч., забыванию своих корней, "общечеловеческим ценностям", гуманизму и т. д.
Системно правильный социализм – "правый".
Наличие ценностей Личности, совпадающих с общественными в значительной степени и направленных на развитие.
Понимание своей национальной принадлежности, уважение к Предкам и жить по их заветам – улучшение жизни Рода.
"Преимущество каждого перед каждым в известном отношении" Ф. Ницше.
Как уже говорилось, примеры я буду приводить в основном из СССР – как-то мне это ближе, знаете ли.
И тут возникает проблема. То, что о СССР любят "вспоминать" те, кто его живьём не застал (или же застал именно "перестройку" со всей её спецификой) – это полбеды. Беда в том, что об одном и том же говорят совершенно разное.
Для наглядности – ставший уже классическим текст (автора уже и не найти).
"Много лет я спорил – в жизни, в сети – с людьми, которые рассказывали мне про мою страну какие-то странные вещи.
Я пытался что-то доказывать, обосновывать, приводить цифры, свои воспоминания, воспоминания и впечатления друзей и знакомых – но они стояли на своём. Было так – а не иначе.
"В 1981 на центральном рынке города Новосибирска на единственном мясном прилавке рубили что-то вроде дохлой лошади", – говорил мне Петр Багмет, известный в ФИДО как "пан аптекарь".
– Помилуйте, пан аптекарь! – но я жил в двух кварталах от этого рынка – и он был весьма богат! Я же там был! Так и он там был…
И меня вдруг осенило! Мы жили в разных странах! Да что там, в разных странах – В РАЗНЫХ РЕАЛЬНОСТЯХ! И не только пан аптекарь – но и немало других.
Мне даже стало жалко их – в такой страшной и неприглядной реальности они жили. Уже в детском саду их били воспитатели, ненавидели и изводили другие дети, их кормили насильно мерзкой липкой кашей.
В моем садике были замечательные желтые цыплята, выложенные кирпичом жёлтым по силикатному, воспитатели читали нам замечательные книжки, к нам приходили шефы с кукольными спектаклями. Были огромные кубики, с полметра, из которых можно было строить корабли и замки. Настольные игры, игрушки-куклы – всё было. А на праздники мы устраивали замечательные утренники, вылезая из кожи, чтобы порадовать родителей. Мы рассказывали стихи, танцевали, пели. Даже помню, на ложках играли. А с какой гордостью мы показывали моряцкий танец в родительском НИИ! А какой матросский воротник и бескозырку сшила для меня мама!
А их с самых детских лет их посылали с шести утра стоять в очередях, за молоком. И даже в новый год в подарках им давали маленькие сморщенные, кислые мандарины! Но я то помню, что мои мандарины были очень-очень вкусные!
И даже дома их кормили какими-то ужасными синими курами, серой лапшой. И сахар был у них серый, мокрый и несладкий. И в школе им было тяжело. Над ними издевались тупые учителя. От них в библиотеках прятали книги.
А в моей реальности – мне приносили новинки с ещё не просохшими штампами. Учителя у меня по большей части были замечательные люди.
А ещё их, почти всех, насильно загоняли. Сначала в октябрята, потом в пионеры. И всю дальнейшую жизнь загоняли. Куда только не загоняли.
Да, их реальность можно было только стойко переносить.
Летом я один сезон проводил в пионерском лагере, другой – с бабушкой в городке отдыха "Радуга", и минимум раз в два года мы ездили всей семьей в Крым, в Анапу. Море, ракушки, крабы, арбуз, закопанный глубоко в мокрый песок – это Анапа. Это здорово!
Им – путевок не давали, их лагеря больше напоминали концентрационные, чем пионерские, городков отдыха не было.
