24 тысячи – производственный персонал Авиационного завода и 4 тысячи – непроизводственный. 28 тысяч, у каждого по двое-трое детей. Получается, что нас – минимум 100 тысяч в Самаре, Детей Авиационного.
Посидите рядом со мной у развалин, ребята. И давайте вспомним, что такое был в нашей жизни родительский Завод…
Он начинался для нас с самого детства. 25 детских садов было у Завода. Разве наши мамы стояли годами в очереди? Или кто-то у них вымогал взятки? Причем плата за садик была символическая. Боюсь ошибиться, слишком была мала, да и не те проблемы меня тогда волновали, но, кажется, рабочие за садик не платили. А на всё лето нас вывозили "на дачу" – летний садик на поляне Фрунзе.
Точно помню две вещи: кубики сливочного масла в кастрюле с водой (видимо, с холодильниками была проблема) и холод на террасе – на улице хлещет дождь, а нам воспитатели поливают ледяной водой ножки. Ну, как ребята-самолётчики, здоровенькие выросли? А всё благодаря той специальной закалке.
Первым делом "Дети Арбата" скинули с баланса детские сады. Они, болезные, не понимали, с какой отдачей работают родители, зная, что дети сыты, согреты, и рядом – врач. Они вообще ничего не понимали про Завод.
Надо было обладать редкостным идиотизмом, чтобы автоматически перенести кальку западного производства на советский завод. Потому что наши заводы – это принципиально иная структура, абсолютно иначе организованная. Фантастические результаты в экономике были достигнуты именно потому, что это был… семейный бизнес. Заводы жили по законам семьи. Вместе работали, в одних домах жили, вместе отдыхали, вместе лечились, вместе растили детей.
7 подшефных школ было у Авиационного завода. Кто-нибудь из нас вспомнит, чтобы директор школы с выпученными глазами носилась в поисках денег на ремонт? С выпученными глазами она бегала совсем по другим поводам. И поводов этих мы, балбесы, предоставляли немеряно. Директор грозила, что напишет родителям на Завод. И это было для нас, шалопаев, последнее, смертельное предупреждение. Славка Голубев, помню, так и сказал: "Лучше расстреляйте!".
А помните квартплату? Вообще-то вы не должны её помнить, потому что заплатить за квартиру никогда не было проблемой. Ежемесячная квартплата – 10–12 рублей. Средняя зарплата слесаря на авиационном заводе 200–250 рублей. Тот, кто работал на обрабатывающих центрах, зарабатывал больше директора Завода. У Виктора Петровича Земца был оклад 453 рубля, а центровщик получал под 500. Но давайте посчитаем от среднего минимума: 10 рублей от 200 – это 5 %. Заметьте, от зарплаты одного человека, а не от совокупного дохода семьи. Всё остальное доплачивал Завод.
Кстати, работники ЖКО заводских домов тоже входили в те самые 4 тысячи "непроизводственного персонала" Авиационного завода. Туда же входили строители. Пройдитесь по улице Победы: огромные, могучие дома с квартирами-"сталинками", это – заводские дома. Всмотритесь в их облупленные фасады: когда-то это было счастливое и красивое жилье. Я с любовью брожу по старому городу, прощаясь, разглядываю удивительные кружевные наличники. А здесь, на рабочей Безымянке, вдруг закинула голову – и, мама дорогая! – колонки, лепные вазы, снопы колосьев, какие-то ветви, кубки… А эту красоту, памятник другой эпохи, кто спасет?
На Заводе был порядок: нет жилья – получаешь общежитие, через 3–4 года дают "молодежное жилье" (квартиру гостиничного типа), через 10 лет – нормальную квартиру. Долго? Давайте сравнивать.
Сейчас мои приятели взяли по ипотеке двухкомнатную квартиру. Теперь 29 лет они будут ежемесячно платить по 31 тысяче рублей. И напрасно они надеются что-то выгадать на инфляции: пытаться обхитрить банкиров пустая затея, ибо в один момент те в одностороннем порядке пересмотрят любые условия любого договора. А если чуть задержал выплату (всякое в жизни бывает: операция, увольнение с работы) – из квартиры вышвыривают под бело небушко. Сейчас в прогрессивной Америке уже целые палаточные города горемык-ипотечников (писалось в апреле 2008-го, до кризиса – прим. автора).
Ребята, а помните наш "Спутник"? Огромный лагерь на 800 человек на 9-ой просеке? Потом там был заводской дом отдыха "Сокольи Горы", а детский лагерь перевели на Кондурчу. Речка, конечно, так себе, с Волгой никакого сравнения. Но корпуса… Палаты на 2 и 4 человека. У кого-то на Заводе явно "съехала крыша", – для девочек от немыслимой щедрости установили биде. Наши бедные парни-вожатые! Эх, и доставали мы их вопросами: "А это для чего?" И невинными глазками хлоп-хлоп.
В-общем, пока родители отдыхали от нас на Чёрном море, мы отрывались на вожатых. Путевка стоила 15 рублей. Деньги были настолько невелики, что матушка, увидев мой первый в жизни начёс, без разговоров уволокла меня с середины смены. А путёвка на Чёрное море стоила 21 рубль за 24 санаторных дня.
