Социальный либерализм полностью

Чтобы убедиться в неосновательности этих сетований, достаточно вспомнить, что государство является единственным или основным собственником большинства крупнейших российских бизнесов, а расходы бюджетный системы превышают 38 % ВВП [Российская… 2015, с. 59]. К этой доле следовало бы прибавить ту часть расходов контролируемых государством компаний, которая используется в соответствии с политической, а не коммерческой логикой, не говоря уже о добровольно-принудительном участии бизнеса в проектах региональной и местной власти. Стоило бы также упомянуть меру зарегулированности экономической деятельности, разнообразие контрольно-надзорных полномочий и манеру их исполнения. Короче говоря, реалии российской экономики имеют мало общего с рекомендациями неолибералов. С некоторой натяжкой к их числу можно отнести отдельных представителей экономического блока правительства и примыкающих к ним экспертов, но не представителей силового и социального блоков и их группы поддержки, включающие большинство депутатов от всех партий. Различие позиций проявляется в аппаратных противостояниях, отражая не столько борьбу идеологий, сколько конкуренцию интересов, что отчасти восполняет неразвитость публичной политики.

Среди наиболее острых проблем социально-экономической политики, подобных названным в процитированном высказывании Н. Тихоновой, трудно найти те, в отношении которых социальный либерализм предлагал бы конкретные прорывные решения. Типичны рекомендации, содержащиеся в ранее названной статье [Рубинштейн, Музычук, 2014]. Они сводятся к требованию резко усилить государственную поддержку культуры без четкого указания на то, чем следует ради этого пожертвовать. Если подразумевается рост налогов, это не слишком либерально, а если имеется в виду сократить долю несоциальных расходов бюджетной системы, то на нем давно настаивают авторы, не причисляющие себя к сторонникам социального либерализма (см., например, [Кудрин, 2012]). Впрочем, при всей органичности темы перераспределения для социальной политики, его возможности лимитированы, и в ближайшее время это будет, по-видимому, ощущаться все острее.

Исчерпание модели роста, характерной для начала столетия, вкупе с внешними факторами ведет к нарастанию социальных проблем. По-видимому, неизбежно усиление межгрупповой конкуренции за ресурсы. В силу не обустроенности адекватными институтами она способна становиться разрушительной. В особой мере уязвим средний класс, интересы наиболее продвинутой части которого фактически представляли многие участники дискуссии. Вероятно сжатие этого слоя и усиление заботы его представителей о сохранении достигнутого в противовес развитию. Не исключен дрейф к «государственническому» радикализму (для движения к либертарианскому полюсу не просматривается социальная база). Необходим предметный и кропотливый поиск таких альтернатив мобилизационным сценариям, которые не сводились бы к прямолинейной экономии на всем, что не имеет крайне влиятельных и бескомпромиссных защитников на вершине госаппарата.

Поиск резервов скучнее и утомительнее, чем спор об идеях. Вероятно, поэтому его ведут главным образом под эгидой ведомств. В результате появляются документы, подготовленные, как правило, квалифицированно, но не вполне беспристрастно[182]. Сторонники всевозможных умеренных «измов» объективно заинтересованы сотрудничать в проведении не менее квалифицированного и детального, но более независимого анализа. Если же говорить о долгосрочной перспективе, то решающий вклад в становление принципиально более демократичной и эффективной социальной политики, как и политики вообще, способны, по-видимому, внести усилия, направленные на развитие гражданской самоорганизации. Это касается едва ли не любых ее форм, будь то добросовестное лоббирование групповых интересов или благотворительность, правозащита или просветительская деятельность, общественный контроль или взаимопомощь.

Балацкий Е. В. (2014) Институциональные особенности либертарианской модели экономики // Общественные науки и современность. № 4. С. 18–32.

Бердяев Н. А. (1991) Философская истина и интеллигентская правда // Вехи. Из глубины. М.: Правда. С. 11–30.

Болотова А. К., Молчанова О. Н. (2012) Психология развития и возрастная психология. М.: Изд. дом ВШЭ.

Верховский А. М. (2003) Политическое православие. Русские православные националисты и фундаменталисты 1995–2001 гг. М.: Центр «Сова».

Даль Р. (2003) Демократия и ее критики. М.: РОССПЭН.

Капустин Б. Г. (2010) Либерализм и просвещение // Критика политической философии. Избранные эссе. М.: Территория будущего. С. 256–344.

Капустин Б.Г. (2011) Тезисы о политической философии // Политическая концептология, № 2. С. 39–46.

Кудрин А. Л. (2012) Чего мы ждем от нового правительства // Экономическая политика, № 2. С. 59–72.