– Просто для меня странно, что моя жизнь зависит от чувака, которого я в глаза не видел. Чем хоть он промышляет? И почему вообще согласился помочь мне за такие смешные бабки?
Я вдруг ощутил сомнение в надежности плана. Но Рей не может подвести. Она знает свое дело. Она профессионал. И мой друг.
– Бо-о-оже… – она закатывает глаза, театрально вздыхая. – Что за допрос, Дивер? Узнал, что твоей девчонке нравятся копы, и решил поиграть в одного из них? Могу одолжить вам свои наручники, – усмехается она.
– Это лишнее. Она не… «моя девчонка», – снова вру я, борясь с желанием заорать на весь мир, что Бель – моя, только моя.
– Единственная девчонка в радиусе мили, которую ты еще не трахал? Звучит сомнительно. Потерял хватку.
– Отвали, – бросаю я сквозь зубы, но она не унимается.
– Так и чем она тебя зацепила, Дивер? Лицом она ничего так, и задница вроде есть, но грудь никакая. Да и блондинки даже не в твоем вкусе. Неужели сосет хорошо? – хмыкнув, она будто сканирует меня прищуренным взглядом. – Никогда раньше не видела, чтобы ты ревновал девчонку. Серьезно, приятель, что она с тобой сделала?
Невольно сжимаю челюсти, а в груди неприятно пощипывает от злости. Я привык к подобным разговорам с подругой, но не когда речь об Изабель. Хочется выбить у нее из рук эту бутылку и наорать, чтобы не говорила так о ней.
Но приходится приложить усилие, чтобы изобразить безразличную мину и сохранить как можно более равнодушный тон, пока каждая моя нервная клетка напряжена.
– Не неси бредятину, Рей. Ты же знаешь, я никого не ревную. Просто подумал, что она могла проболтаться копам, вот и вспылил. – Пожимаю плечами и снова отворачиваюсь, подперев подбородок ладонью. Ощущаю себя глупо под пристальным взглядом подруги. Как будто школьник, пытающийся скрыть свои чувства к девчонке.
– Ну-ну… – фыркает она скептически. – Что с нами стало, Дивер? Когда-то мы делились всем. Особенно когда это касалось потрахушек, – едко усмехается она. – Мы ничего друг от друга не скрывали.
Несмотря на то, что в словах Рей – чистая правда, сейчас меня выводит из себя ее дотошность. А ее напор вызывает во мне внутреннее противодействие. Как бы я ни хотел быть честным с Рей и даже посоветоваться по поводу переполняющих меня новых и сложных чувств, что-то каждый раз меня останавливает.
Только не пойму – паранойя это или интуиция?
– Мне скрывать нечего. Как ты и сказала, Изабель не в моем вкусе. Я просто использовал ее, чтобы скрыться от копов в Хеджесвилле.
Готов подавиться этими словами, но убеждаю себя, что так лучше. Я ощущаю на себе взгляд пары темных глаз, как дула двух пистолетов.
– Тогда на кой черт ты ее с собой таскаешь?
– Сам не знаю. Так получилось. По пути ко мне прицепилась. Она просто заноза в моей заднице, вот и все, – грубо отрезаю я, надеясь, что Рей наконец заткнется, но мои слова почему-то заставляют ее рассмеяться.
– Да ты, приятель, тупень настоящий. Я, по-твоему, слепая, как старик Квентин? Я же вижу, что-то происходит. Понять только не могу, зачем ты мне врешь. Что между вами
Рей смеется, пока я борюсь с неприятными воспоминаниями. Ведь она – мой друг, она мне как сестра, и вспоминать то зрелище нет никакого желания.
– Иди к черту, Рей, это не смешно, – злобно процедив, я отодвигаюсь в сторону, не желая ощущать душащий запах ее парфюма.
– Да расслабься! Я просто стебусь. – Она шлепает меня по плечу, заставив дернуться ее прикосновений, а внезапный щелчок зажигалки заставляет все же повернуться в ее сторону.
Свет огонька тускло освещает ее смуглое скуластое лицо, но в следующую секунду мне в нос бьет запах вовсе не табака.
– Не понял. С каких пор ты употребляешь товар?
– С тех пор, как не продаю его, – усмехнувшись, она выпускает дым, тянущийся потоком ветра и исчезающий в темноте заднего двора. – И вообще, это всего лишь травка в медицинских целях. Помогает от мигреней и расслабляет.
Заметив мой настороженный взгляд, она предлагает мне:
– Тебе тоже не помешает расслабиться, приятель, серьезно, – и, получив в ответ немой отказ, продолжает: – Хотя мне всегда казалось странным это твое правило «не употреблять товар». Мы ведь должны знать, что продаем, верно?
– Серьезно? – недоумеваю я. – Думаешь, я реально был плохим дилером? – Вспоминаю вдруг недавние слова Рей, облеченные в шутку, но тем не менее засевшие в голове. – И лидером для ребят?
Издав протяжный вздох и устало прикрыв глаза, она выпускает облако дыма.
– Знаешь, Дивер… Ты был неплох. Правда. Но твоя политика… – она запинается, поджав губы, – немного устарела.
Я не могу поверить своим ушам. Хотел бы я, чтобы это была очередная тупая шутка, но Рейвен выглядит слишком серьезно, а я какое-то время молчу, пытаясь унять свое негодование, но бесполезно.
