В центре амфитеатра медленно заворачивалась двойная золотая спираль – самый большой из сотворенных эгрегоров и сердцевина возрожденного города. То самое чудо, которое поддерживало замкнутый цикл города и позволяло Оазису жить в отдельном слое реальности.
На верхней ступени амфитеатра сидел Юстис.
Я присела рядом.
– Это Апогей, душа Оазиса, – произнес принц, не отрывая глаз от золотого свечения. – Душа города и всех его жителей. Ты знаешь, что каждый горожанин проходит разделение тела и Духа, еще будучи живым? Это необходимо, чтобы сохранить силу сердцевины и заключить ее в эгрегор, питающий сдерживающий контур.
– Звучит пугающе. – Я тоже посмотрела на висящую в воздухе спираль. Выходит, в ней заключены души сотни, тысяч человек? Всех, кто покинул мир живых за десятилетия Оазиса.
– Они считают это величайшей честью и наградой, – тихо сказал Юстис. – Душу и тело разделяют, когда человек уже обречен – из-за старости или неизлечимой болезни. Или безумия. Тело отдают пескам. А душа… душа продолжает служить городу и защищать детей и потомков. Это придает смысл, не так ли? Не мифический покой Истинодуха, а вполне реальный Апогей, где каждый обретет свое место и станет частью великого. Дух, который никогда не исчезнет, лишь изменится. Это… хороший итог, Кассандра. Я бы назвал это бессмертием.
На ступенях напротив застыл в молитвенной позе горожанин в белом ахваре. Некоторое время он раскачивался, сложив ладони, потом открыл глаза, уставившись в сияние золотых спиралей. Внутри Апогея завертелись призрачные вихри, а потом они сложились в лицо улыбающейся старой женщины. Молящийся с радостной улыбкой поддался навстречу.
– Иногда они видят души своих предков, – тихо сказал Юстис. – Если сильно того пожелают.
Некоторое время мы молчали. Где-то негромко звенел стекающий водопад, шелестели деревья, выращенные прямо под землей. Пели птицы. На ступенях амфитеатра кое-где сидели люди, но все они либо молчали, либо тихо переговаривались, созерцая Апогей.
Сюда, в подземные глубины Оазиса, приходили за спокойствием и смыслом.
Что ж, Юстис прав. Апогей давал и то, и другое.
– Совет согласился? – очнувшись от своих раздумий, спросил принц, и я кивнула, заранее предвкушая вопль, который он издаст, узнав, что он остается в Оазисе.
Но Юстис удивил. Некоторое время он молчал, а потом кивнул.
– Не ошибусь, сказав, что это твое решение, так, Вэйлинг?
– Что, даже не обругаешь меня?
– Воздержусь. – Тонкие губы на смуглом лице изобразили усмешку.
Удивительно, но даже сквозь чужую плоть порой ясно проглядывало лицо наследника, знакомая мимика и жесты меняли незнакомца.
– И почему? Я надеялась хоть немного развлечься.
– Не в этот раз, – хмыкнул он. В чужих темных глазах заворачивалась двойная золотая спираль. – Знаешь, здесь, в Оазисе, я многое понял. Все эти люди… простые жители и солнцеглазые. Они ведь обречены. Знают это, но сохраняют удивительное благородство. Мужество и человеческое достоинство перед лицом неминуемой гибели – восхищают. Их Дух прекрасен, как и их город. Это не может не… вдохновлять. Их мир, их жизнь, их стойкость… их смысл. А ведь когда-то такой смысл был и у Пантеона. Ритуал Возвышения должен был сделать нас лучше, чище, благороднее. Сделать достойнее. Знаешь, я верил в это. В детстве я мечтал стать Совершенным. Думал, что нет ничего прекраснее.
– Я тоже, – усмехнулась я. – Реальность оказалась несколько иной, не так ли?
Юстис тоже улыбнулся.
– Реальность оказалась не такой красивой. За блестящими одеждами Пантеона скрывается слишком много зла. Мы забыли, что совершенным должно быть не тело и лицо, Совершенным должен быть Дух. Но сейчас я ясно вижу, что надо начинать с себя. Становиться лучше без всякого ритуала и кровавых чаш. Находить цели и смыслы, не жертвуя другими людьми. – Худой смуглый парень выпрямился, и на миг я увидела голубоглазого будущего императора. – Вот что я скажу тебе, Кассандра Вэйлинг: я понимаю и принимаю твое решение и останусь в Оазисе. Позаботься о Джеме. Как бы ни повернулась судьба, сделай все, чтобы она была… счастлива.
Юстис запнулся и на миг отвел взгляд. Но тут же сжал зубы и твердо посмотрел на меня.
– Это твоя обязанность, Вэйлинг.
– Значит, понял? – медленно уронила я.
– Что ты стала Совершенной? – хмыкнул он. – Конечно. Трудно не понять. Но в отличие от Джемы, я знаю, как это происходит.
– Ты ей сказал?
– Не смог, – мрачно буркнул он. – Это твоя ноша. Тебе и говорить.
Пару мгновений мы смотрели друг на друга с новым пониманием.
– Я позабочусь о Джеме, ваше высочество.
Он кивнул и повернулся к спускающейся по ступеням Ржаник, та ответила яркой улыбкой. Юстис вскочил, засияв при виде девушки.
Я еще раз глянула на Апогей, впитавший тысячи душ, а потом ушла, ощущая себя лишней.
***
Спустя час мы с Джемой покинули Оазис.
Я честно предложила Джеме остаться с Юстисом, но Ржаник лишь мотнула головой и отправилась со мной. Признаться, я обрадовалась.
