Советистан полностью

Однако самую большую угрозу стабильности для Узбекистана представляют не фанатичные исламисты, а пошатнувшееся здоровье Ислама Каримова. Пока я пишу эту книгу, президенту 76 лет. Повсеместно уже ходят слухи о состоянии его здоровья, и стоит ему не появиться на публике в течение несколько дней, как комментаторы принимаются обсуждать, не случился ли с ним инфаркт или не пребывает ли он в данный момент в коме. Каримов уже давно переступил черту пенсионного возраста, который в Узбекистане составляет 60 лет, и уже на 11 лет пережил среднюю продолжительность жизни узбекских мужчин.

Что же произойдет со страной, когда железная рука наконец отпустит свою хватку?

В самом центре плохо освещенной комнаты сидела пожилая женщина, помешивая что-то в цинковой ванне с кипящей водой. Плотно прижимаясь друг к другу, на самой поверхности воды плавали несколько тысяч коконов. Они были похожи на гладкие камни. Когда женщина шевелила их деревянной палкой, от коконов отделялась тонкая, похожая на паутинку, извилистая нитка. Опытной рукой женщина зачерпывала по 40–50 прозрачных, почти невидимых нитей и наматывала на катушку старомодной прялки. Когда катушка заполнялась тонкими слоями шелковых нитей, она клала ее в бак с холодной водой размякать в течение часа, чтобы потом их можно было сначала распутать, а затем скатать в нетугие мотки пряжи. После такой обработки нити становились плотными, приобретая оттенок спелой пшеницы.

– Каждый кокон содержит до четырех тысяч метров шелковых волокон, но только из четверти этого можно свить плотную однородную нить без разрывов, – пояснил мне мой гид Эмильбек. Он был серьезным молодым человеком. Хотя английский выучил самостоятельно, но владел им все же довольно функционально. – Все остальные будут отсортированы и повешены на крючки сушиться.

Он указал на толстые катушки с грубой, пожелтевшей ниткой, висевшие сзади нас на стене:

– Их мы используем для изготовления ковров.

Сырье ставят на водяную баню, добавляют мыло, натрий и еще один ингредиент, который Эмильбек не захотел открывать, потому что это производственная тайна. Когда через час женщина выудила нити из горячей вспенившейся жидкости, грубые, жесткие волокна трансформировались в необыкновенно мягкий, гладкий шелк необыкновенной белизны.

Вдоль стен стояли серые холщовые мешки, заполненные до краев пушистыми, белоснежными коконами. Каждый кокон был толщиной 3–4 см и несколько сантиметров в ширину; он выглядел таким легким и пористым, что казалось, вряд ли мог весить больше, чем воробьиное перышко. Затем высушенные коконы поставляют в Андижан, на фабрики профессиональных производителей.

Размножение личинок шелкопряда – это одновременно и искусство, и напряженный труд. Драгоценные коконы получают от бабочек, относящихся к семейству Bombyx mori[31]. В последние дни своей жизни самка откладывает около пятисот крошечных яиц, а затем умирает. Производители личинок шелкопряда внимательно следят за крошечными яйцами – более тысячи яиц, собранных вместе, весят всего один грамм. По весне, в течение всего лишь нескольких напряженных дней, эти личинки лопаются. Во время этой решающей фазы, чтобы не потревожить рост личинок шелкопряда, многие фермерские семьи переезжают из своих домов в сараи или времянки. Едва вылупившись, личинки тут же начинают поедать все подряд. Хотя у мелких личинок нет глаз и они едва умеют двигаться, они обладают почти невротической привередливостью к еде, питаясь только свежими листьями белой шелковицы. Листья необходимо собрать после того, как сойдет роса, и кормить личинок приходится каждые полчаса.

В следующем месяце крошечные личинки шелкопряда занимаются лишь тем, что питаются и выделяют экскременты. В течение этих недель фермеры заняты только кормлением, уборкой и организацией идеального освещения и необходимой температуры для этих ненасытных существ. Личинки шелкопряда очень чувствительные и могут погибнуть при воздействии внезапных громких звуков, сильных запахов, тепловых колебаний или отсутствии достаточной гигиены. Они даже засыпают по очереди. Для производства одного килограмма шелка необходимо более двух сотен кг шелковицы.