«Когда читаешь в левых французских газетах, как настойчиво и упрямо стараются они найти в советской российской республике некоторые достоинства, и, даже не достоинства, а хотя бы признаки чего-либо человеческого, и эти признаки отмечают и ими восторгаются, и, затем, делают жест, полный негодования, в сторону Колчака и Деникина, как темной силы, намеревающейся уничтожить эти, с таким трудом найденные, человеческие признаки, то невольно приходит в голову, что здесь, на Западе, действительно, не знают, что такое большевизм и русские большевики.
О большевиках писали много, рассказывали об их зверствах, расстрелах, терроре, о днях бедноты, когда каждый (рабочий, бедняк или вор) мог войти в любой дом и взять всё, что ему понравилось, описывали их тюрьмы, разорение крестьянства и ужасы вторжения в Крым китайских войск, когда красные разыскивали офицеров, убивали детей головой о стену и т. д., и т. д.
Всё это ужасы, и на всё это у сочувствующих большевикам есть ответ: – либо рассказы преувеличены, либо, – что же поделаешь: такова революция, ее не делают в перчатках, и тысячами невинных смертей покупается счастье целых поколений в грядущем.
Нет, ужас большевизма и абсолютная невозможность примириться с ним заключается даже и не в этой крови. Великая Французская Революция пролила ее не меньше и вырастила гениальный девятнадцатый век. Ужас и абсолютная невозможность примириться с большевизмом в том, что большевики смотрят на Россию (а так они будут смотреть на всякую страну, где утвердятся), только как на бульон для приготовления коммунистической бациллы. Человек, личность, люди, счастье вот именно этих самых Иванов и Петров их не интересует и не тревожит.
Им важнее проверка их теоретических построений, и, затем, их собственное честолюбие, гипертрофированное за долгие годы эмиграции. До конца дней моих не забуду разговора прошлой весною в Москве, с одним видным большевиком из Центрального Комитета.
…“Вы говорите, что всё население России страдает? Верно. Но мы ничего поделать не можем, – в наши планы не входит счастье этих Иванов и Петров. Вы говорите, что всё население против нас. Тоже верно, за небольшим исключением, – но в это исключение входит 75 % профессиональных воров, убийц и любителей легкой жизни. Но мы не должны руководствоваться сантиментальным принципом:
