«Дорогой Алексей Николаевич,
только что прочитал начало II ч. Вашей трилогии. Оно захватило меня. Если и дальше Вы не спуститесь с достигнутого уровня, получится своего рода гвоздь художественной литературы за 1927 г. И как кстати к десятилетию! Большой мастер виден в каждой строке и в каждом штрихе.
Но я нашел целесообразным вычеркнуть несколько строк на 2-й стр. Они совершенно правильно изображают настроение растерянного, пришибленного человека. Но читатель – он не так умен и догадлив, как мы иногда думаем, – не поймет, что это мысли не автора, а именно пришибленного человека.
Не ругайтесь.
Горячий привет!»
А. Н. Толстой ответил 30 июня:
«Глубокоуважаемый и дорогой Иван Иванович, только что приехал с дачи и прочел Ваше письмо. Оно меня очень обрадовало и укрепило – стало быть, тот тон, который я с таким трудом искал, художественная концепция романа – производит нужное мне впечатление. Роман только-только разворачивается. Он охватит всю революцию и эмиграцию. Хватило бы у меня только сил…
За время писания мне придется делать поездки на места действия. Это даст 50 %, если не больше, матерьяла. Не забывайте, что участники на местах дьявольски придирчивы и будут шуметь из-за каждой неточности. Чем больше точности в деталях, тем художественнее, лучше, не говоря уже о том, что книжный матерьял даст только схему, а насыщает его глаз и ухо и ощущение.
Мне кажется справедливым просить Вас об увеличении моего гонорара до 400 рублей за лист. Сделанная уже мной поездка (вместе с секретарем) обошлась мне в 500 рублей, и из-за нее у нас дома этот месяц очень тугой.
Сейчас я намечаю поездку на Украину, в места погромов и похождений атаманов и Петлюры. Затем – Архангельск. Крым».
В июле в «Новом мире» началось печатание второй части «Хождения по мукам». К концу года всю часть опубликовать не удалось. Окончание читатели увидели в 1928 году – в номерах 1, 2, 5, 6, 7.
Весной 1928 года Толстые переехали из Ленинграда в Детское Село[33]. Найти подходящую квартиру помог В. Я. Шишков, перебравшийся в бывшее Царское годом ранее.
Алексей Николаевич, прибыв в Детское Село для устройства будущего семейного жилища, 27 марта 1928 года написал своему московскому коллеге по перу С. Ф. Буданцеву:
«Дорогой Сергей Фёдорович,
спасибо за письмо. Если не лень – напишите еще: – в тишине Царского – это захватывающе интересно.
Новостями не похвалюсь: – тишь да гладь, божья благодать. В Царском сейчас, как в раю, ясные дни, весенний ветер, на улицах течет говно. А в Питере уже ездят на колясках. Мой приезд в Царское оказался роковым: я снял здесь квартиру, верней, весь верх двухэтажного дома. 8 комнат, и платить буду за это удовольствие 130 р. в месяц. Переезжаем к 1-му мая. Вот тогда-то, – в белые ночи, – приезжайте сюда.
Никита и Митя Толстые
