Проблемой оставалось то, что одежда массового изготовления была не слишком изящной. И женские платья, и мужские костюмы, сшитые по стандартным лекалам, редко украшали своих обладателей. Поэтому умение шить оставалось важным, а профессия портного – востребованной.
Темно-синий, или защитного цвета суконный, или серовато-белый хлопчатобумажный китель с клапанами на нагрудных карманах, стоячим или отложным воротником, застегивавшийся до верха. Он дополнялся синими суконными брюками-галифе с хромовыми или парусиновыми сапогами. Сталинкой называли также матерчатый картуз, полувоенную фуражку с относительно высоким околышем и небольшой тульей, с жестким матерчатым козырьком. Название, как и мода на такой костюм – от имени И. Сталина, постоянно ходившего в военной или полувоенной форме подобного покроя…
В это же время основой мужской советской моды был военизированный костюм. И военная форма как таковая. Красные командиры были для масс популярными героями. Да и руководители страны предпочитали именно такой стиль. Исключением был нарком иностранных дел Молотов, которому приходилось носить строгий костюм и шляпу хомбург, чтобы не шокировать западных дипломатов.
Но в целом люди жили очень скромно, даже те, кто уже занимал какое-то положение. Так, в конце 1930 года Георгий Жуков, тогда командир дивизии, узнал, что его намерены назначить помощником инспектора кавалерии РККА. Сборы в Москву сложности не представляли – самому Жукову «собирать-то нужно было шинель да несколько пар белья», а все вещи его семейства, состоявшего тогда из жены и двухлетней дочки, легко поместились в одном чемодане.
Кузьма Петров-Водкин. Семья командира
Легко догадаться, что любая сколько-нибудь хорошая вещь была изрядной ценностью, а пропажа ее – настоящим горем. Двоюродный брат будущего маршала Михаил Пилихин вспоминал: «В 1932 году Георгий пригласил мою семью в Крым, в дом отдыха. Когда Жуковы вернулись, то обнаружили, что их квартиру обокрали, не оказалось и мехового пальто его жены Александры Диевны, и ряда других вещей. Георгий заявил в МУР, но МУР так и не смог найти пропавшие вещи. Как-то моя жена Клавдия Ильинична шла по Столешникову переулку. А навстречу идет женщина в пальто Александры Диевны. Клавдия Ильинична с помощью милиции женщину эту задержала… Оказалось, что женщина пальто купила в комиссионном магазине. Пальто это вернули Жукову».
Важным ритуалом для большинства советских людей было посещение фотоателье. Обычно это происходило раз в год или по случаю особо значимых событий. Фотографировались обычно всей семьей, надевали лучшую одежду. Снимки бережно хранили в специальных альбомах или вставляли в застекленные рамки.
«Напротив, через сквер, находилась школа № 7, в 3-м классе Б которой я проучилась неполный учебный год, – вспоминала дочь маршала Жукова о жизни их семьи в Смоленске. – Там же я была принята в пионеры. Это событие в моей жизни было отмечено нашим семейным походом в фотоателье… Мы с сестрой одеты в традиционные по тому времени матроски. На мне пионерский галстук со значком. Отец, немного пополневший, в серой коверкотовой гимнастерке, с двумя орденами и медалью на груди, с двумя ромбами. Виски немного поседевшие, но глаза по-прежнему молодые…»
Одним из самых распространенных бытовых проявлений культа личности Сталина была «сталинка». Этот полувоенный костюм в 1930-х – начале 1950-х массово носили руководители низового и среднего состава, занимавшие посты председателей колхозов, директоров заводов, секретарей райкомов и инструкторов.
Для женщин образцами стиля были актрисы советского кино: Татьяна Окуневская, Янина Жеймо, Ольга Жизнева, Нина Алисова, Ада Войцик, Эмма Цесарская, Вера Шершнева, Людмила Глазова, Тамара Макарова, Марина Ладынина, Любовь Орлова, Лидия Смирнова, Валентина Серова, Людмила Целиковская, Зоя Федорова.
К 1935 году в 11 крупнейших городах СССР появились специализированные универмаги, выполнявшие одновременно и функцию дома моделей. Была создана система ателье, в которых граждане могли заказывать одежду по индивидуальным меркам.
