— Все действия миз Глассер до настоящего момента подпадают под определение добросовестного сотрудничества, детектив. Но теперь я настоятельно советую ей воспользоваться правом не отвечать на ваши вопросы. Благодарю вас за потраченное время.
Детектив Рош выругался, но Губбинс проворно вывел меня из комнаты для допросов. Когда дверь за нами закрылась, я на мгновение оперлась на его плечо и почувствовала облегчение.
— Спасибо вам большое. Кто вас прислал?
Он взял меня под руку.
— Давайте пройдемся и поговорим, — сказал он и повел меня по коридору к стойке у входа. — Мне позвонил Бен Викштейн. Он беспокоился за вас. Надеюсь, мое неожиданна явление не доставило вам неудобства.
— Но зачем Бен вам позвонил?
— Вам требовался адвокат — и быстро. У них ничего против вас нет, но вы явно заинтересовали полицию и являетесь кандидатом в обвиняемые по самой тяжкой статье.
— То есть как — кандидатом? — Мой голос прервался. — Господи! Они меня даже не предупредили!
— Если хотите, я буду представлять ваши интересы до тех пор, пока вы не наведете справки и не подберете себе другого адвоката, — предложил он.
— Подождите. — Я остановилась и повернулась к нему. Меня затопило адреналином. — У них ведь нет никаких улик. Если меня подозревают только потому, что я бывшая Хью, это просто глупо. Это… это какое-то предубеждение против разведенных.
— Да, вероятно. Но так уж обстоят дела. И мы не знаем, как далеко они зайдут в своих построениях. До того как открыть практику, я работал в офисе окружного прокурора, и могу сказать вам точно: такие дела непредсказуемы. Без юриста вам не обойтись.
— Этого просто не может быть, — хрипло каркнула я.
Но серьезное выражение лица Губбинса говорило — может.
— Будем надеяться, что у них появятся другие подозреваемые, — сказал он.
— Пусть лучше убийцу найдут.
Губбинс закивал так истово, что у него даже очки сползли.
— Убийцу, да-да. Конечно.
Он вновь увлек меня вперед, и уже у самой стойки я заметила Грейс, которая сидела в углу за пальмой и говорила по телефону. Меня она еще не заметила. Заметил Бен, который сидел рядом с мексиканкой и щекотал ее малышу пальчики на ногах. На лице Бена проступило облегчение. Он быстро похлопал малыша по ножке, встал и торопливо пошел к нам. От неловкости и благодарности я покраснела.
— Нора! Как ты? Я примчался, как только Грейс мне позвонила.
Я понизила голос:
— Неужели я в самом деле числюсь подозреваемой? Это официально?
— Да. Но пока полиция занята сбором фактов. Они собирались закинуть удочку насчет тебя, но теперь мы их выведем на чистую воду.
Он положил руку на плечо Губбинсу:
— Дуг, на два слова.
— Конечно.
Они отошли в сторону, и тут Грейс подняла взгляд и бросилась ко мне:
— Нор! Слава богу, тебя отпустили. Совсем замучили, да?
Я оглянулась на Бена и Губбинса, которые стояли голова к голове и о чем-то торопливо перешептывались.
— Давай найдем поблизости бар, и я все расскажу. Знаешь здесь какие-нибудь местечки?
Она вздохнула с расстроенным видом:
— Я бы с удовольствием с тобой посидела, но не могу.
— Что случилось?
— Мак позвонил. У Отиса разболелся животик. Он просит маму. Мне надо домой поскорее.
Конечно, она была права. Все это время Грейс была рядом со мной. Маленькому Отису нужна мама. Мне было ужасно неловко удерживать ее еще хотя бы минуту.
— Прости, Грейси. Я и так тебе весь день испортила этой своей историей. Поезжай домой, только закинь меня по дороге, ладно? У меня в холодильнике есть водка. Напьюсь хорошенько и приду в себя.
— Не глупи. Ты поедешь к нам. Мальчики будут счастливы. Сегодня готовит бабуля.
— Нет. У тебя Отис нездоров. Я буду только мешать. И потом, вряд ли твоим свекрам понравится, если ты привезешь домой… — Я задохнулась и прижала руку ко рту, чтобы не всхлипнуть. Грейс тут же схватила меня за свободную руку и сжала, ожидая, пока я снова смогу говорить. — Им не понравится, если ты привезешь домой подозреваемую в убийстве.
— Не подозреваемую, а лицо, интересующее полицию, — вмешался Бен. — Первое правило репортера, Глассер, — говори все как есть. Не заставляй меня напоминать тебе, сколько так называемых журналистов на этом погорело.
Бен сам предложил отвезти меня в Курятник. Я твердо сказала, что Грейс должна поехать домой и заняться семьей, и она в кои-то веки не стала возражать. Бен ушел на парковку, а я осталась стоять на ступенях у входа в участок и слушать советы моего нового адвоката. Губбинс говорил и говорил, а я только и думала о том, что у адвокатов почасовая ставка и где мне теперь взять денег на оплату его услуг.
— Вам следует придерживаться определенных правил, миз Глассер. Правило номер один: не покидайте округ. Не потому, что закон это запрещает, нет; просто, если вы попытаетесь, после этого полиция, скорее всего, установит за вами наблюдение, круглосуточное и без выходных.
— Но как они узнают о том, что я выехала за пределы округа?
— Узнают, поверьте. Скорее всего, они уже отслеживают операции по вашим платежным картам и подключились к системе геопозиционирования в вашем автомобиле.
— Неужели это законно?
Он пожал плечами.