– Харлоу. – Приподнимаю ее подбородок, заставляя на меня посмотреть, и подушечкой пальца стираю слезинку, катящуюся по ее щеке. – Наша встреча много значит. Вновь тебя увидев, я… – замолкаю, когда к горлу подступает ком, – понял, что для меня не существует женщин, кроме тебя.
– Трэвис… – У нее дрожит нижняя губа.
– На этот раз я тебя не отпущу. – Притягиваю ее к себе и целую в губы, ощущая соленый вкус ее слез.
Она касается ладонью моего лица.
– Я уже не знаю, что правильно, – признается Харлоу, глядя мне в глаза и поглаживая большим пальцем отросшую щетину. – Ты причинил мне неимоверную боль. – Осознание этого меня убивает, но чтобы вести разговоры о будущем, сперва нужно разобраться с прошлым. – Принял решение, изменившее наши жизни, даже не посоветовавшись со мной. И я не представляю, как быть дальше.
– Ты права, не найдется слов, чтобы исправить мой поступок. Простые извинения ничего не решат. – Подавшись вперед, трусь носом о ее нос. – Но я изо всех сил попытаюсь…
Харлоу наклоняется и целует меня в губы, прерывая мою речь. Скользит языком мне в рот. Боже, эта женщина в самом деле создана для меня! Склонив голову набок, углубляю поцелуй. Харлоу разводит ноги в стороны, и я устраиваюсь между ними. Она сдвигается к спинке стула, и когда я, обняв ее за талию, встаю, обхватывает ногами мои бедра. Я направляюсь к дому. Оторвавшись от моих губ, Харлоу кладет голову мне на плечо и утыкается лицом в шею.
– Я люблю тебя, – признаюсь, входя внутрь.
– Туда. – Она указывает в сторону коридора, ведущего к спальне.
Войдя внутрь, сажусь на скамью в изножье кровати. Постель уже разобрана.
– Поцелуй меня, – просит Харлоу, оторвавшись от моего плеча.
Застонав, поглаживаю ее затылок, потом запускаю руки в ее волосы. Харлоу запрокидывает голову. Подавшись вперед, целую ее в шею.
– Никаких засосов, – предупреждает она. – Мне всю неделю пришлось носить водолазку.
– Но твоя кожа… – я прикусываю ее, – такая свежая.
– На улице май. – Она приподнимает плечо, чтобы я не оставил очередной отметины. – Можешь ставить их где угодно, только не на шее.
– Где угодно? – уточняю я, размышляя о том, какие места пометить.
Харлоу стягивает через голову футболку и отбрасывает в сторону.
– Ага.
Она выпрямляется, демонстрируя мне грудь. Не сдержав стон, обхватываю полушария ладонями.
– А поточнее? – Подаюсь вперед и беру в рот сосок, прикусываю, затем посасываю рядом с ним кожу, которая тут же краснеет. – Здесь годится? – Перехожу к другому соску и повторяю то же самое.
– Пойдет, – бормочет Харлоу, откинув голову назад и предоставляя мне полный доступ. – Да, вот так.
Оставив на ней еще одну метку, поднимаюсь на ноги, разворачиваюсь и усаживаю Харлоу на скамью, на которой только что сидел, а сам опускаюсь на колени между ее ног.
– Командуй. – Она кладет руки себе на бедра. Я накрываю ее ладони своими.
– Привстань.
Харлоу подчиняется. Стягиваю с нее штаны и трусики и бросаю поверх футболки. Оставшись обнаженной, она вновь опускается на скамью, откидывается на кровать и раздвигает ноги. Узкая полоска волос на лобке притягивает меня, как магнит. Наклоняюсь и целую внутреннюю поверхность ее бедра.
– А это местечко подойдет? – Прикусываю кожу, затем втягиваю ее в себя. Харлоу лишь молча наблюдает. Перехожу к другому бедру и оставляю еще одну отметину. – А здесь можно? – Подавшись вперед, облизываю ее складочки, потом касаюсь языком клитора и беру его в рот.
– Почему это так? – выдыхает она, пока я закидываю ее ноги себе на плечи и продолжаю лизать киску.
– О чем ты?
Чуть подвинувшись, Харлоу опирается локтями на кровать.
– Почему мне с тобой так хорошо?
– Ты создана для меня, – отвечаю я, лизнув ее еще раз.
Ощутив запах кофе, открываю глаза. В комнату проникают лучи солнца. Вытягиваю руки над головой и не могу сдержать стон: после ночных и утренних кувырканий в постели ноют все мышцы. Мы с Трэвисом вновь и вновь занимались сексом, и как бы я ни пыталась это отрицать, с ним физическая близость приобретает новый смысл. Да и все остальное тоже.
Бросаю взгляд на часы. Чуть больше десяти утра. Переворачиваюсь на бок. Место в кровати рядом со мной пустует, хотя простыни еще хранят тепло его тела.
– Трэвис? – зову я, приподнявшись на локте. Из кухни доносится какой-то шум.
Снова опускаю голову на подушку и, свернувшись калачиком, закрываю глаза.
– Доброе утро.
Трэвис подходит к кровати в одних белых боксерах, с двумя кружками кофе в руках.
– Доброе утро. – С улыбкой приподнимаюсь на постели, прижимая простыню к обнаженной груди.
Трэвис протягивает мне кофе. Беру кружку свободной рукой. Он ставит колено на кровать и, подавшись вперед, целует меня в губы.
– Я тебя разбудил? – Трэвис забирается в постель.
– Скорее, запах кофе. – Прислонившись спиной к изголовью кровати, делаю глоток горячего напитка. – Как спалось?
Он усаживается рядом и тоже принимается за кофе.
– Отлично. Особенно мне понравилось пробуждение, когда член оказался у тебя во рту.
