— Старший лейтенант Соколов. А это мой помощник, — он указал на молодого, — младший лейтенант Ильин. Честно говоря, нас уже известило руководство о вашем возможном визите… Ну, и чем же мы обязаны вниманию столь почётного гостя из столицы? Спецслужбы в нашем тихом городке — большая редкость, ведь у нас никогда ничего не происходит.
— Скоро произойдёт, так что советую на время оставить прежнюю рутину и начинайте исполнять свои служебные обязанности.
— А если поточнее? — нахмурившись, спросил Соколов.
— Там, в коридоре стоит парень из Москвы. Для начала наденьте на него наручники. Мне он кажется не слишком адекватным.
Самойлов к тому времени уже бесшумно прокрался к двери кабинета, прислушиваясь к каждому слову, и на удивление стоически и с самоотречением воспринял данный поворот событий. Он даже сам шагнул навстречу Соколову, протянув ему руки, и сказал:
— Надеюсь, это ненадолго.
— Я тоже надеюсь, если ты расскажешь нам всю правду, — ответил Железный вполне серьёзно. — А пока посиди немного в этих браслетах.
Пока его вели в изолятор, Глеб шепнул удивлённому Соколову:
— Вроде бы неплохой парень, но слишком болтлив. Думаю, что не лишнее подержать его пока под замком.
Они продолжили допрос уже после того, как закрыли за Гришей дверь арестантской. Остановившись перед дверью и отлично видя сквозь прутья решётки его растерянное раскрасневшееся лицо, чекист и старший лейтенант с минуту наблюдали за Самойловым, присевшим у стены на замызганную, привинченную к полу скамью, затем Железный, припомнив подробности его рассказа, задал ему прямой бесхитростный вопрос:
— Так значит, это не ты пришил того спецназовца с гаечным ключом?
Самойлов глубоко вздохнул и жалобно произнёс:
— Я уже вам сказал, что это был… незнакомец в чёрном.
Чекист и участковый переглянулись, едва сдержав смех.
— Он отрезал ему руку? Или… оторвал? И после этого ты сбежал?
— Именно так. И ещё… он почему-то называл незнакомца «Тварь», — добавил Гриша. — Всё это правда, можете не сомневаться.
— Тварь, — задумчиво проговорил Глеб. — Значит, это было существо из мира иного? Нечто потустороннее?
— Скорее всего, — ответил Самойлов. — Нет, именно нечто потустороннее, вы совершенно правы! Ведь только нечто потустороннее могло поднять здорового детину на высоту в несколько километров, будто какой-нибудь летающий демон, и скинуть его вниз.
Спецагент кивнул и жестом позвал Соколова за собой. Они вышли на улицу и закурили. Железный не торопился нарушать тишину. На мгновение ему захотелось сесть за руль своего джипа и, отжав газ, пронестись километров десять по шоссе на внушительной скорости, дабы привести немного расшатанные от общения с Гришей нервы в порядок.
— Что будем делать с парнем? — спросил Соколов.
— Нужно ехать с ним и пусть он покажет место убийства. Или он псих, или малость перегрелся на солнце, или он и есть убийца.
— Или он действительно репортёришка из Москвы, — добавил Соколов.
— Может быть, — ответил Глеб. — Ну что, старший лейтенант, утро обошлось без происшествий?
— Да так, один псих, из наших местных. Кстати он там, в арестантской, мы зовём его Тунгус. Он обычно не создаёт проблем, но сегодня что-то круто активизировался. Всё утро бегал по улицам и кричал какие-то бредни о царстве демонов, наводил страх на детей, вот я его и посадил от греха подальше. А вы что, его не заметили там, в камере? Он прикорнул в углу под одеялом.
— Значит, они там вдвоём?
— Если они оба психи, то им это не повредит.
— Ну да, — мрачно проговорил Железный, — кому то мерещатся демоны, а кому-то — «твари». Есть о чём поговорить, — он выразительно посмотрел на лейтенанта, и оба дружно рассмеялись.
В это время Самойлов сидел в полузабытьи, погрузившись в тяжёлые воспоминания минувшей ночи, когда рядом в углу вдруг что-то зашевелилось. Это оказался живой человек, накрывшийся с головой дырявым грязным шерстяным пледом. На вид ему было около сорока пяти лет, но возраст мог быть и меньше — длинные спутанные патлы на его голове скрывали глаза, многодневная щетина на лице тоже не убавляла ему лет. Больше всего он напоминал бездомного бродягу: изношенная одежда, стёртые ботинки, — всё говорило в пользу того, что этот бедолага давно не уделял себе внимания.
— Прости, мне показалось, ты сказал, что убитый называл
Самойлов кивнул, настороженно глядя на незнакомца.
— Одет во всё чёрное, будто… насекомое?
Гриша не успел ответить, поскольку его отвлёк бодрый голос спецагента Железного:
— Собирайся, поедем на место преступления!
