— Привет, Ильич! Это Меценат. Наверно, узнал?.. Знаю, что не ко времени, но обстоятельства вынуждают. Скажи, что за хрень у вас творится? Ходят слухи, что ты по уши увяз.
Собрав всю свою волю в кулак, профессор наигранно усмехнулся в трубку:
— Только не я. Вас кто-то вводит в заблуждение, господин Меценат. У нас всё в порядке.
— Хорошо, если так, — с сомнением ответил человек на другом конце провода, затем, кашлянув, продолжил:
— Что до самолёта, то прими поздравления. С твоей стороны всё было сделано в лучшем виде.
Профессор сдержанно произнёс:
— Неужели?
— Ты оправдал моё доверие.
На время в трубке воцарилась тишина, которую нарушил Волков:
— Вы обещали деньги, ещё пятьсот тысяч на проект.
— Я помню! — раздражённо оборвал его собеседник, предпочитавший по телефонной связи именоваться Меценатом. — Но у нас для тебя новый заказ, конечно, за дополнительную плату.
— Слушаю, — услужливо ответил Волков.
— Через неделю будет новый самолёт. Четвёртая попытка. Если с ним произойдёт то же, что и с первыми двумя, проект, возможно, будет закрыт. Ты въезжаешь в тему?
— Они швыряют на воздух огромные деньги, — со вздохом проговорил профессор. — Безумцы! Если честно, я бы хотел их предостеречь…
— Даже не вздумай, тебя это не касается!
Профессор с угрюмым видом промолчал. Он ненавидел этот голос, но порой он пугал его, заставляя сердце колотиться в груди, и тогда у него появлялось сильное искушение бросить трубку, будто какую-то опасную ползучую гадину.
— Надеюсь, ты не думаешь, что всё это во вред государству? Ты не думаешь, что просто так погибают классные пилоты наших ВВС, и мы не позаботились, чтобы вместо них посадили намного более бездарных?
— Конечно, не мне судить, — тихо ответил Волков.
— Правильно, Ильич. Делай своё дело, а мы займёмся своим… Кстати, как насчёт вируса, ну и, самом собой, вакцины. Я дал тебе достаточно времени, чтобы её доработать. Так когда будет результат?
Волков молчал, обдумывая ответ. Упомянутый вирус под кодом «N102» был, возможно, самым главным заказом Мецената и их самым рискованным общим предприятием, которое старый учёный пока не торопился доводить до конца, потому-то ему и казалась затея с истребителями не столь чудовищной на этом фоне. Крайне опасный вирус хранился в строжайшем секрете в хранилище патогенов, вакцина от него также была создана и хранилась в не меньшем секрете от остальных сотрудников там же, в специальном тайнике, однако об этом знал только один профессор, подозревая, что у Мецената на территории института есть в запасе не один информатор.
— Работа над вакциной скоро будет завершена, осталось сделать ещё несколько тестов, — ответил Волков, придав голосу как можно больше правдивости.
— У меня такое впечатление, что ты не торопишься, Ильич, — заметил Меценат ледяным тоном. — Ладно, об этом мы тоже ещё поговорим. Не теряй связь. И помни, что я — твой единственный добрый, честный и безгранично щедрый покровитель… Добрых снов!
Профессор с сильным раздражением вкупе с нервозностью повесил трубку. Сейчас, после этого нового разговора с Меценатом его переполняли самые противоречивые эмоции: страх и ярость, чувство вины и какое-то дикое пьянящее ощущение превосходства, могущества и власти.
Из хаоса этих чувств неожиданно его вывел какой-то шорох в стороне. Он осмотрелся, однако сразу ничего не заметил. Его черты хищно заострились, словно почуяв неладное.
— Это ты? — прошептал он, напряжённо вглядываясь в пустоту.
Его рука машинально потянулась к полке стеллажа, на которой были сложены несколько упакованных шприцев. Он взял один из них — отнюдь не для самообороны. Следующим движением он выудил из шуфлятки рабочего стола ампулу и быстро наполнил шприц её содержимым.
Где-то в пустоте снова раздался какой-то непонятный звук, то ли стон, то ли сдавленный возглас. Похоже, он донёсся из ванной комнаты, находившейся за стеной, отделявшей кабинет от остальных помещений. Профессор просеменил к ванной и осторожно приоткрыл дверь. Там было темно, но источник странных звуков, определённо, находился внутри. Волков включил свет и вошёл в просторную ванную.
То, что он увидел его не испугало, но обескуражило. На полу лежало существо, вид которого изумил бы любого, однако профессор и глазом не моргнул. На первый взгляд оно напоминало обычного атлетически сложенного человека, укутанного в чёрный балахон, скрывавший даже его лицо. Однако при виде профессора существо развернуло складки своей, казалось бы, нелепой одежды, обнажив ужасное нутро: они оказались огромными кожистыми надкрыльями, словно у гигантского жука. Под ними виднелось тело, явно принадлежавшее не человеку, а какому-то мутировавшему существу, близкому к членистоногим насекомым или гигантским моллюскам. Три пары конечностей представляли собой, возможно, самые мощные и опасные орудия, когда бы то ни было созданные природой.
