Ледяной хохот еще раз оглушил Билара и растаял вместе с серой фигурой. Ураганный шквал швырнул мага на прибрежные камни, он упал, закрыв голову руками. Затем все стихло. Когда Билар медленно поднял голову, раскалывающуюся на куски, река мерно и спокойно катила волны по течению. Он услышал шум приближающихся голосов. К берегу бежали Старые Маги в полном составе. Они почуяли всплеск силы и спешили на выручку товарищу.
Билар попытался встать, но у него подкосились ноги. Он распластался на берегу ничком. Ионах и Герт подхватили его и понесли во дворец, остальные маги следом. Фелион задержалась на берегу, вглядываясь в серые волны, словно ожидая возвращения Иртел или знака от нее. Не дождавшись, волшебница развернулась и поспешила нагнать товарищей.
Старые отнесли Билара в его покои, уложили на кровать, сотворили холодный компресс. Кое-как маг пришел в себя и сумел пересказать насмешки и требования богини. Ее голос по-прежнему звучал у него в голове, разрывая череп изнутри.
— Итак, у нас есть почти два месяца, — хмуро констатировал Ионах. — А затем Она ждет… подношения. И нам предстоит определить, какое подношение Она сочтет достойным.
— Этого следовало ожидать, — дернул плечом Вартах. — Молебен был дрянной идеей. Только опозорились перед Гретаной.
Фелион вспыхнула.
— Ты готов зарезать человека, чтобы не опозориться?! Что нам оставалось делать?! Нельзя игнорировать присутствие Иртел. Никто не знал, что все так обернется.
— …Хотя стоило знать, — пробормотал Ионах. — Нет смысла сейчас разбираться, хорошей или плохой идеей был молебен. Нужно решать, что нам делать через два месяца.
Раздался слабый голос Билара с кровати:
— Решать нечего, Ионах. Я это начал, я и закончу. Я предложу Иртел себя.
Ионах подошел к нему и сжал руку мужественного товарища.
— Твое благородство не вызывало у меня сомнений, друг. Но мы не можем на это пойти. Маги слишком нужны при восстановлении столицы. Как бы Гретана ни обесценивала наш вклад. Кроме того, не факт, что ты — именно то подношение, которым удовольствуется Иртел.
— Боги древности предпочитали юных, — мрачно буркнула Лассира. — Во время ежегодной церемонии жертвоприношения Славу в реке затопляли 16 девушек и юношей, прикованных к огромному каменному столбу. Вместе с этим столбом. Удивительно, как Слав не обмелел за века этой милой традиции.
— У нас нет 16 молодых людей, которых мы можем убить в угоду Иртел! — рявкнул Герт. — Это слишком много при общем количестве выживших. Она должна это понимать. Она и так взяла немало!
Фелион прожгла мага яростным взглядом.
— А какое количество ты посчитаешь достаточным, Герт? Мы что, уже смирились? Мы готовы убить людей ради Нее?!
— Фаэлон. Это богиня. Мы ничего не можем поделать против Нее. Нам остается только смириться.
— И убить?! Герт, ты понимаешь, что говоришь?! Мы не будем превращаться в зверей по воле Ледяной Богини.
— А что мы сделаем? Навлечем на себя Ее гнев и утонем вместе со всеми?
— Уйдем! Пусть Она остается одна на выжженной равнине, пусть берет себе в жертвы пепел! Но людей не будет на этой проклятой земле! Нужно поговорить с Гретаной, объяснить ей, кто у нее в соседях. Чем ей придется платить за реконструкцию дворца и столицы. Она же не сумасшедшая. Она поймет и уйдет.
— Поймет? Если бы она могла понять, поняла бы сразу. Она не станет нас слушать. Скажет, что мы несем бред.
— Мы должны очень хорошо объяснить. Мы не можем планировать заклание невинных по первому требованию Иртел.
Маги замолчали. Затем Лассира промолвила:
— Хотелось бы мне знать, про кого Она говорила, что он дал Ей щедрое подношение… Как Она тебе сказала об этом, Билар?
Пострадавший маг нахмурился, вспоминая. Лицо его перекосилось от боли, ибо слова богини вновь зазвучали в голове.
— Один из вас сделал Мне щедрое подношение. Жалкий червь, как и ты, но умнее и почтительнее. Он сразу понял, как Меня умилостивить. Если будешь таким же умным и почтительным, получишь Мои милости, как и он.
— Держу пари, это Кэрдан, — буркнула Лассира.
— Это мог быть один из его учеников, — возразил Вартах. — Кэрдан сгинул с братом.
Фелион скорчила мрачную гримасу. В гибель Кэрдана она не верила. Волшебнице не хотелось больше слушать товарищей, рассуждавших, кого стоит принести в жертву кровожадной богине. Она повернулась и вышла из покоев Билара. И услышала мужской голос:
— Желаю здравствовать и процветать, монна Фелион. Опечален видеть вас не в духе. Значит ли это, что наши дела плохи?
Это был молодой маг Гиран. Он пришел в столицу неделю назад, и привел с собой двадцать семь арвигских сельчан. Благодаря ему они выжили в деревне, где Гиран исполнял традиционное поручение практикантов Академии со средними способностями: снимать сглаз и порчу доморощенных деревенских колдунов.
