Об этом — узнали потом. Главный военный советник погиб, исполняющий обязанности дежурный офицер не нашел ничего более умного, как вызвать в Тегеран весь советнический аппарат для получения указаний, как действовать в новой обстановке! То есть он, своим волевым решением оголил воинские части, оставил их без советнического пригляда и помощи! Это в ситуации, когда местный комсостав кто тайно власть ненавидит, кто доносы друг на друга строчит! Удивительное по глупости решение! Потом, когда все собрались в Тегеране — стало понятно, что ситуация уже идет вразнос. Несколько советников попытались выехать в расположенные у Тегерана части, прежде всего, гвардейские части — и пропали с концами. Потом выяснилось, что их растерзала разъяренная солдатня — агитаторы Махди уже там побывали. Дежурный в критической ситуации полностью потерял контроль над обстановкой, не смог поставить боевые задачи подчиненным ему частям — а у него были под рукой три усиленные дивизии! Эти дивизии так и не смогли выдвинуться к Тегерану для наведения порядка — хорошо что хоть сумели занять оборону, а один из командиров дивизий по собственной инициативе выдвинул усиленную полковую группу и без потерь занял базу «Тегеран-Мехрабад», тем самым обеспечив нам плацдарм чрезвычайной важности и прекрасную эвакуационную площадку. Когда же из Санкт Петербурга в ответ на панический запрос пришел приказ вскрыть конверт N… (он лежал в сейфе, и никто не запрещал вскрыть его и без запроса в Санкт Петербург) и действовать в соответствии с планом развертывания при чрезвычайной ситуации — время было уже потеряно. Это тоже особенность Востока — здесь всегда присоединяются к сильному, кем бы он ни был. Если бы дежурный немедленно вскрыл пакет, приказал бы одной из дивизий сделать то, что она сделала — обеспечивая безопасность расположения, выдвинуться и захватить базу «Тегеран-Мехрабад» для обеспечения переброски в страну дополнительных сил, остальным двум — оставив в расположении по полку, двумя оставшимися, на бронетехнике, броском выдвинуться к Тегерану, занять и обезопасить ключевые точки города… все могло бы быть по-другому. Увидев силу и решительность русских, многие офицеры присоединились бы к ним, присоединились бы части, прибывшие в город на парад. Но дежурный не нашел ничего лучше как отдать инициативу противнику, запросить Санкт Петербург и потерять на этом время, а потом — вместе со своим аппаратом уносить ноги в Мехрабад, поближе к площадке для эвакуации. Воистину, ни один предатель не сотворит такое, что может сотворить трус и дурак.
Тем временем, взбунтовались собранные для парада части — а это была немалая сила. После убийства шахиншаха на глазах у всех, после гибели командного состава армии, жандармерии — не нашлось никого толкового, кто бы смог принять командование, и при этом был бы авторитетом для нижних чинов. Их никто никуда не отвел — они так и сгрудились на площади, где должен был проходить парад. Потом появились агитаторы Махди, пошли слухи, что русские убили шахиншаха Мохаммеда, потом похитили принца Хусейна и тоже его убили, расстреляли в посольстве (о гибели Хусейна уже знали!!!). Взволновались нижние чины, тут же пошли разговоры про Коран, про грехи, про второе пришествие Махди, про его карающий меч. Потом, очень своевременно появилась
— Хорошо, господин майор. Обеспечивайте эвакуацию.
— Есть! Разрешите идти?!
— Идите…
Варфоломей Петрович неодобрительно посмотрел морпеху вслед, но так ничего и не сказал. В дверях стоял уже другой посетитель. Даже двое — командир охраны и фельдфебель.
— Павел Васильевич скоро придет, вам надо лежать. Не стоит принимать посетителей.
— Отлежимся… — попытался пошутить я, — на том свете. Иди сюда, добрый молодец. Докладывай.
— Фельдфебель Горбец, Ваше Высокопревосходительство.
— Какой полк?
— Павловский, Ваше Высокопревосходительство.
— Из гренадеров значит.
— Так точно, Ваше Высокопревосходительство.
— Без превосходительств. Ты стрелял по шоферу?
Добрый молодец опустил глаза в пол.
— Так точно, ваше…
— Не бойся. Ты правильно поступил, он расстрелял бы нас всех, и тебя в том числе.
— Так точно…
— Рассказывай, как было.
