Увы, такова была польская шляхта — сложно найти дворянство мерзее ее. При Екатерине за Польшу и влияние в Польше боролись две страны, Россия и Пруссия, дипломаты каждой из них потратили немалые деньги на подкуп шляхты — шляхта взяла деньги и выбрала двух королей, в результате чего в Польше началась гражданская война. Во время польского мятежа при Государе Александре Втором польские и малороссийские крестьяне сбивались в группы, чтобы убивать… рыскающих по округе шляхтичей-революционеров. После мятежа 1863-64 годов количество шляхтичей в стране начало возрастать в геометрической прогрессии. Наверное, все же было ошибкой приравнивать польское дворянство к русскому с предоставлением всех прав и привилегий — в Польше началась настоящая мания перехода в шляхетство, самые разные люди заявляли о своем шляхетстве, либо не предоставляя никаких подтверждающих документов, мол во время рокоша все сгорело, либо — предоставляя поддельные документы, на изготовлении которых специализировалось сразу несколько еврейских контор в Малороссии, там же изготавливали поддельные паспорта и фальшивые ассигнации. В результате, по переписи двадцатого года — к шляхте относилась пятая часть (!!!) польского населения, при том что в Российской Империи в то время потомственное дворянство имели примерно 0,3 процента населения, а личное — от полутора до двух. Ненормальна эта ситуация была еще и тем, что по Польской конституции высшим органом власти являлся сейм, а сейм собирался с участием всей (!!!) шляхты, и получалось что для принятия какого либо решения нужно было привлечь каждого пятого жителя страны, а право "вольного вето" блокировало принятие решений, если против выступит хотя бы один (!!!) шляхтич.
Ну и как управлять такой страной?!
Воевать же шляхтичи не желали. Вот ударить в спину, вырезать мирное население — пожалуйста[53], а воевать, когда в километре — двух от тебя развернулась к бою целая тяжелая бронебригада — это увольте. Какая нахрен неподлеглость — ляжем под любого, даже с удовольствием…
Полковник Голеватый достал из кармана самый обычный сотовый телефон — вот она, современная война — не опасаясь перехвата, набрал личный номер командующего сектором. Если поляки и перехватят — нехай перехватывают, пусть знают, как их сородичи в штаны дристают, только русскую армию увидев. Как тут песенка то была… жолнер саблей свисне, москаль в штаны дрисне[54]. Вот сейчас то сразу видно — кто свисне, а кто и дрисне…
— Ваше высокопревосходительство, Голеватый, седьмая тяжелая бригада. Вторая бригада армии Людовой жаждет сдаться, прошу указаний… Так точно… Так точно… Есть…
— Басманный! — крикнул полковник
Подбежал один из офицеров
— Я!
— Подгоните сюда грузовик! Будете принимать капитуляцию.
— Есть!
Зафырчав дизелем, грузовик ловко развернулся и сдал назад, казаки откинули задний борт, один из казаков запрыгнул внутрь — будто вязанки с сеном принимать да трамбовать дело тут привычное.
— Значит так… паны… Сейчас подходите к этому грузовику, сдаете оружие и записываетесь у капитана Басманного. Потом — по этой трассе продвигаетесь на восток примерно сорок километров самостоятельно, там будет сборный пункт для тех, кто как и вы решил сдаться. Там представитесь и скажете, что седьмая бригада приняла вашу капитуляцию и вы в статусе военнопленных. Оружие сдаете все.
— Пан генерал… — командир второй бригады армии Людовой забыл, что перед ним не генерал, а полковник — нижайше прошу либо оставить часть оружия, хотя бы офицерам, либо сопроводить нас до сборного пункта.
— Дорогу боитесь не найти?
— Никак нет… С местным населением… возможны нежелательные эксцессы[55]. Они тоже вооружены… а мы безоружны.
— Сударь. Можете оставить при себе холодное оружие. Если оно у вас есть. Думаю, вы вполне с ним управитесь, по крайней мере, на словах управлялись. И… извольте снять погоны, сударь. Таких генералов русской армии как вы просто не бывает.
Первые потери у них появились, когда на горизонте уже были видны варшавские заставы. Из-под гусениц головной машины внезапно вырос столб разрыва, и машина беспомощно закрутилась на месте. И тут же, с двух сторон, с лесополосы и с возвышающейся над местностью ленты дороги к колонне рванулись небольшие, но с каждым метров вырастающие в размерах комки пламени.
