А.: Хорошо, я приступлю. Понятно, что для начала мы должны представить себе существо, которое умеет лишь механистически реагировать на происходящее и у которого есть не меняющийся биологический механизм развития. Заметило поблизости пищу – захватило – поглотило. Накопило достаточно ресурсов в организме – запустился процесс размножения – размножение случилось. С появлением внутренних ресурсов для психической жизни какая функция должна будет утвердиться первой у такого существа?
Д.: Память – чтобы на основе ее содержания корректировать действия в будущем.
А.: Верно. С обретением памяти и способности строить действия на основе ее содержания существо, например, сможет поджидать добычу в условной зоне А или условной зоне Б – в зависимости от погоды, если именно от погоды будут зависеть выбор его жертвой направиться в зону А или в зону Б. Случится же так потому, что всё предыдущее время жизни существа в его памяти копились сведения о перемещениях существ, которыми оно питается, а также сведения о погоде, что в итоге соединилось в его мозге в знание определенного закона мира: закона о перемещении его жертв. Описанный психический механизм – это адаптивная часть внутреннего я. Ни стабильной части внутреннего я, ни сознания у существа пока не появилось. Как те же принципы работы психики действуют у человека? Уместен такой пример: человек корректирует свою лексику, становясь свидетелем того, как его сверстники с определенного рода лексикой начинают пользоваться успехом у противоположного пола. Да, он не отдает себе отчета, почему он меняет свою лексику: копировать сверстников он начинает благодаря бессознательным процессам.
Д.: Следующим шагом, я полагаю, должно быть появление стабильной части внутреннего я?
А.: Именно так. Когда на протяжении многих поколений одни и те же условия способствовали выживанию искомого существа, должны были сформироваться психические механизмы, подталкивающие его окружать себя этими условиями. Оно уже не просто будет рассчитывать по погоде, увидит ли оно в следующий раз свою добычу в зоне А или зоне Б, оно будет реагировать на любые свидетельства нахождения поблизости потенциальной добычи, и внутреннее я будет так направлять работу его внимания, чтобы эти свидетельства рассматривались им как можно более тщательно. Более того, внутреннее я будет вызывать потребность искать в окружающем эти свидетельства. Это уже инстинкт, работающий на регулярной основе. Раз я упомянул такой термин, как инстинкт, отвлечемся на его разбор. Понимаешь ли, проявление инстинкта – это всегда бегство. В нашем примере – бегство существа из его текущего местоположения туда, где оно может найти добычу во избежание недополучения пищи. Бегство в нашем привычном понимании происходит во избежание пребывания в опасной зоне. Да, это работающий инстинкт бегства. Но так любое проявление инстинкта можно интерпретировать как бегство из опасной зоны, только это не всегда выглядит со стороны именно как перемещение. Инстинкт размножения – бегство от риска прерывания своего рода. Инстинкт добычи и сохранения – бегство от голода. Инстинкт познания – бегство от рисков, которые могут возникнуть из-за недостаточной информированности. Инстинкт борьбы за место в иерархии – бегство от опасности недополучить привилегии, даруемые хорошим местом в социуме. Стадный инстинкт – бегство от рисков утратить поддержку в виде плеча сородича, бегство от риска подвести социум. Инстинкт бегства является исходным, все остальные – его разновидности, просто выражаются не всегда таким образом, что мы непосредственно называем бегством. Можно применить термин «избегание». Нетрудно интерпретировать в этом контексте все термины, которыми я приучился в последнее время пользоваться. Состояние самоутверждения – состояние, при котором ты не испытываешь позывов к бегству, потому что шансы на выживание тебя, твоего рода и социума максимальны. Любой инстинкт может регулярно побуждать тебя к активным действиям, а может срабатывать при появлении какого‑то стимула из окружающей действительности. Внутреннее я при этом направляет твои действия или мысли за счет того, какие чувства оно тебе внушает, и того, на чем именно фокусирует твое внимание. Почему это еще не вполне очевидно для человека на интуитивном уровне? Потому что бóльшую часть своих действий мы воспринимаем как стремление к чему‑то, а не бегство от чего‑то, бóльшую часть своих действий мы осуществляем на основании того, что наше внутреннее я каким‑то образом направляет наше внимание. Стремление к чему‑то воспринимается нами быстрее позитивно, это часто связано с осуществлением нами желаний. Бегство воспринимается негативно, потому что оно всегда ассоциируется с трусостью. Но в контексте работы внутреннего я все именно так и выглядит: первичная причина наших действий – бегство от чего‑либо, избегание. Правильно понимая детали работы внутреннего я, при помощи которой оно направляет наше внимание, мы оказываем воздействие друг на друга.
