Лена скорчила гримасу, явно собираясь что-то ответить, — но не успела. Раздался звук расходящихся дверных створок, и лилим замерла, смотря куда-то через плечо врача. Обернувшись, Таонго увидел вошедшего в кают-компанию Карла; судя по чашке кофе в руках, тот возвращался с камбуза. Он сухо кивнул капитану и Таонго, но, заметив Лену, тоже замер на месте. Повисла звенящая тишина. Лена буравила Карла взглядом, в котором постепенно разгоралась ярость. Тот смотрел в пол.
— Карл! — нарушил затянувшуюся тишину Таонго. — Не хотите присоединиться к нам? Втроём веселее!
— Спасибо. Не хочу, — голос Карла был глухим и сдавленным. Сорвавшись с места, он быстрым шагом пересёк кают-компанию, держась как можно дальше от Лены, и скрылся в коридоре. Лилим проводила его злым взглядом.
— Какой же ты урод, Карл, — тихо пробормотала она.
— Вы с ним знакомы? — удивился Таонго.
— Были когда-то, — она закусила губу. — Знаете, док, я лучше вернусь на мостик. Не хочу лишний раз никому попадаться на глаза.
Она не стала двигаться — просто исчезла со своего места, рассыпав карты по столу. Скользнула в сторону и вновь закрылась дверь. Мэй и Таонго посмотрели вслед умчавшейся невидимке.
— Не нравятся мне эти двое, — хмыкнула капитан, снова берясь за планшет.
— Почему? — спросил доктор.
— Нам работать вместе, а они шарахаются друг от друга. Блестящий экипаж, — Мэй покачала головой. — Азикиве, может, вы найдёте себе занятие где-нибудь ещё? Вы мне и правда мешаете.
Вздохнув, Таонго начал собирать разбросанные по столу карты. Ещё три дня, сказал он себе — и вздохнул ещё тяжелее. Ещё три дня мучительного бездействия.
Карл наслаждался тишиной. В открытом космосе она ощущалась совсем по-другому: здесь не было ни шума механизмов, ни отдалённых, едва слышных голосов других людей. Только размеренный ритм его собственного пульса, отдающегося в ушах, — ритм полной пустоты. Наконец-то он мог ненадолго остаться один, наедине со своими мыслями.
Он чуть повернулся вокруг своей оси, поймав в поле зрения летящего следом Таонго, убедился, что тот не отстаёт, и включил реактивный модуль, наращивая скорость. Из сопла ранца вырвался шлейф отработанного топлива, рассеивавшегося в вакууме позади него крошечными, искрящимися в голубом свете звезды кристалликами. «Буревестник» остался в трёх километрах позади, но им ещё предстоял большой путь. Впереди, едва затенённый фильтрами скафандра, сиял RN-2974 — голубой гигант, заливавший пространство вокруг себя мертвенно-синим светом. На его фоне на спасателей надвигалась гигантская, полная иззубренных каменных зубов пасть астероидного поля. Где-то там, среди скал, дрейфовал «Светлячок». Карл гадал, что загнало корабль в каменную ловушку и как он при этом не разбился вдребезги.
«Буревестник» выпрыгнул из гиперпространства ещё вчера, оказавшись на краю системы. Половину этого времени Карл провёл, просеивая пустой эфир, тщетно надеясь услышать сигнал с пропавшего корабля. Но радио упорно молчало, словно «Светлячка» здесь никогда и не было. Лишь спустя 8 часов безуспешных поисков они напали на след; первой топливный след от двигателей засекла Лена.
«Светлячок» продолжал молчать, даже когда они вышли на дистанцию работы обычного радио. Карл за своё время в спасательной службе повидал множество мёртвых кораблей, и этот явно был одним из них. Они смотрели на корабль глазами выпущенных зондов: угловатый, неуклюжий корпус, заметно меньше «Буревестника», в многочисленных пробоинах которого зияли обнажённые рёбра переборок. Там, где внутри корабля должна была сиять миниатюрная звезда реактора, сканер показывал лишь холодную пустоту. Перед ними была гора недвижного металла, не способная ни летать, ни поддерживать на себе жизнь.
И всё же там могли остаться люди. Кто-то мог спрятаться во внутренних отсеках, куда не достали астероиды. Или вовремя добраться до скафандров, спасшись от декомпрессии. Однажды Карл нашёл выжившего на оторванном от корабля куске обшивки — тот, орудуя сварочным аппаратом, соорудил себе укрытие и сидел в нём в обнимку с десятком баллонов воздуха.
На общем сборе, проходившем в кают-компании, вспыхнул спор между Мэй и Ле… лилимом.
— Да я могу пролететь сквозь это поле с закрытыми глазами! — возмутилась пилот, когда капитан зарубила её предложение подвести «Буревестник» к «Светлячку».
— Не сомневаюсь. Но не на моём корабле. От нас зависят жизни людей — и лишний раз рисковать ими я не стану.
— У вас есть идеи получше, кэп?
— Да, Новикова. И если вы наконец заткнётесь, я смогу их озвучить.
Под полным холодной ярости взглядом Мэй пилот сникла. Капитан удовлетворённо кивнула и обернулась к Карлу — тот сидел в угловом кресле как можно дальше от лилима.
— Уайетт? Полетите в скафандре. Осмотрите «Светлячок» и доложите о состоянии систем. Если он ещё может летать, попробуем вывести его оттуда. Азикиве? — её взгляд перешёл на врача. — Отправитесь с ним. Найдёте выживших и окажете им первую помощь, если она им ещё нужна.
Таонго кивнул.
— А если их придётся эвакуировать? — спросил он.
