– Нет надобности тебе его использовать, мой сладкий… Чего ты замолк, о Великий, о Всемогущий Метатрон? Думаешь, рассказал печальную историю и моё сердце растаяло? Ха! Не смешите меня! Я карабкалась с самого низу по трупам существ намного страшнее, чем вы можете себе представить, а затем и здесь, у вас дома, прямо у вас под боком! Этот ваш «Легион» дальше собственного носа не видит. Вы лишь прислужники своих покровителей, без которых вы никто, просто стадо баранов! – Затем она посмотрела Джону в глаза и, улыбнувшись, тихо прошипела: – О-о-о… Я вижу… я вижу это в тебе! Скоро ты сам будешь таким как я. Оно уже в тебе, да-а-а!
Джон оттолкнул её. Патриша, зарычав, вскочила и попыталась укусить его, но получила прямо в лицо высоким ботинком Николаса: «Лежать, тварь! Лежать, кому говорю». Патриша снова выплюнула изо рта кровь, которая медленно стала испаряться, а затем снова расхохоталась: «Не может быть! И тебя туда же! Ха-ха-ха! Парни, а вы точно из земного царства? Да будь я проклята! Кого теперь только не берут в Земные защитники!» – за что снова получила, но на этот раз от Мэта. «Ты уже проклята! – крикнул ей Вайзер, снова пустив в ход кулаки. – Говори, что ты замышляла? Говори, что на уме у твоего принца! Говори же, мразь!»
Он бил её с такой силой, что мы невольно сделали шаг назад. Нина с испугом смотрела на своего друга, который в одной руке держал клинок, а другой остервенело избивал демоницу. Даже Мэт был немного растерян. Дело было не в том, что делал Джон, а в том, с каким удовольствием он это делал. Метатрон хотел вмешаться, но вдруг снова обернулся и посмотрел куда-то в небо через огромное окно.
«Говори!.. Говори же! – снова крикнул Джон в лицо Патрише и, нанеся ещё несколько ударов, заорал во весь голос: – Молчишь, тварь?.. А ну говори! Говори, что у тебя была за миссия?!» Я никогда в жизни не видел Джона таким. Он был совершенно не похож на того холодного и расчётливого человека, которого я знал.
То, что осталось от Патриши, подняло руку и, давясь чёрной кровавой пеной, еле выговорило: «Конец уже близок. Пешки уже в движении. Решающая война началась. Грядёт конец всего сущего на земле людской…» Судорожно передёрнувшись, она уставилась пустым взглядом в потолок и прохрипела: «Когда предатель… Предаст в последний раз…» Её дыхание остановилось и через несколько секунд из её глаз и рта потекли слабые ручейки красноватого дыма.
Метатрону не обратил на слова суккуба никакого внимания – он напряжённо к чему-то прислушивался. Внезапно он нахмурился и неожиданно громко крикнул нам: «Уходите! Немедленно!»
«В чём дело?» – спросил в замешательстве Мэт. Метатрон с раздражением посмотрел на него и, махнув рукой, прокричал ещё громче: «Уходите сейчас же! Бегите и не оборачивайтесь!» Слова ангела прокатились по комнате, как раскат грома. Уцелевшие окна задребезжали, а у нас заложило уши.
Ангела окутал исходящий из него самого яркий свет, который озарил не только складское помещение, но и соседнюю улицу. Мы бросились бежать. «Ну что же творится с миром? Ни минуты спокойствия», – пропыхтел Мэт. Как раз в тот момент, когда я хотел его спросить, что же всё-таки происходит, я заметил до боли знакомые признаки прорыва барьера между мирами.
Неординарность происходящего можно было чувствовать на каждом шагу. Мы выбежали в доки. Я посмотрел вверх: пролетавший над нами самолёт над нами начал замедляться и в конце концов остановился полностью. Прожектора и лампочки начали отбрасывать угловатые неправильные тени, вьющиеся вокруг них мошки замерли в воздухе, а на их месте появились еле заметные глазу голубые точки – капли их жизненной эссенции.
Остальные бежали впереди сломя голову, не оглядываясь назад и не осматривая окрестности. Я отстал от них и больше не мог продолжать бежать. Я снова ощутил немощность и слабость. Я пытался понять, что происходит, но долго гадать мне не пришлось: из склада, в котором мы оставили мёртвого суккуба и серафима, раздался звук взрыва, но огня я не увидел. Из здания вырвалась волна ударной энергии, сбивая и переворачивая всё на своём пути. Она опрокидывала автомобили, погрузочные машины и контейнеры, а пришвартованный неподалёку катер, на котором прибыла Нина со своим отрядом, был отброшен от берега, таща за собой оборванный канат.
Из окна склада пулей вылетел Метатрон. Ангел был в своём истинном обличии, и он был просто огромен. Вместо костюма он был облачён в лёгкую броню и довольно древнего вида сандалии. Напоминавшие корни деревьев руки были защищены металлическими наручами. Серафим был похож на гладиатора из давних времён.
Вслед за ангелом из окна выпрыгнул ещё кто-то… точнее, что-то. И это что-то было не одно. Трое высоких человекообразных существ кинулись на Метатрона. Они были худыми и иссохшими. Один из них был одет в чёрную броню с капюшоном, другой был с ног до головы замотан в грязное тряпьё, а третий, лицо которого скрывала треснувшая мрачная маска, был обнажён до пояса; тело его покрывали письмена и иероглифы, а с пояса свисала рваная ряса.
