Проходя мимо меня, Мэт грубо сунул мне несколько коммуникаторов:
– Вот, держи. Так будем на связи. Если будут ещё… указания, то держи нас в курсе.
– Мэт, будь осторожен, – пожелала Нина ему удачи.
– Что дальше, Феникс? – как всегда грубо спросил меня Дон.
– Теперь лабиринт с востока. Дон, Рокси, Ида – берите всех своих охотников без исключения и затаитесь у выхода из лабиринта. Устройте там засаду, – я посмотрел на Верховную Жрицу. – Эвелин, вы с вашими магами займите самые высокие позиции, которые только сможете найти в замке. Обрушьте на демонов всё что сможете, но только по моему приказу, не раньше!
– Не проблема, – Эвелин улыбнулась. Она уже полностью оправилась от произошедшего.
– Леви, вы должны будете ценой своей жизни защищать магов. Когда враг навалится на нас всеми силами и сдерживать его будет невозможно, маги будут нашей последней надеждой – нашей артиллерией, – я посмотрел на изнеможенного Волперта. – Эрза, оставьте мне трёх своих людей и идите вместе с Эвелин и Леви.
– А ты любишь командовать, не так ли? Так уж и быть, – он снова нервно почесал свою ногу, которую еле передвигал.
Я протянул им коммуникаторы. Перед выдвижением Леви подошёл ко мне и тихо сказал на ухо:
– Умно, умно… Ты заставляешь враждующие группы работать вместе, хочешь примирить. Молодец, дань отдаю твоей хитрости, – после чего обернулся и громко сказал: – Удачи!.. Она нам всем понадобится.
Сказанное Дунканом, этим уважаемым многими Крестоносцем в белом, застало меня врасплох. Я даже не знал, было ли это и вправду моим намерением.
Нельзя сказать, что я неуверенная личность, но каждый свой шаг и слово я, как правило, анализирую. Слова и особенно действия обдумываются и обкатываются в моей голове раз сто перед тем, как будут озвучены или выполнены. Но сейчас, когда близкие мне люди были в опасности, решения принимались быстро и необдуманно. Слова вырывались из меня с лёгкостью, как будто я проделывал это уже не один раз.
Ранее мне никогда не доводилось никем командовать. Никто не зависел от меня, и я не зависел ни от кого, что меня вполне устраивало. Но сейчас, во время кризиса, в очаге которого я непонятно как очутился, люди внимательно слушали меня. Чёрт побери, они даже делали, что я им говорю.
Не успел я отвести глаза с уносящихся по длинным запутанным коридорам Крестоносцам, как вдруг и без того скудный свет замерцал и замигал. Пол задрожал, но это было не землетрясение, а постоянная ровная вибрация, исходящая со всех сторон. Стёкла начали разбиваться, лампочки трескаться, а люстры падать вниз. Насколько я мог судить, добрая половина замка оказалось во тьме.
Вибрация прекратилась, и мы остались наедине с темнотой. Я слышал нервное дыхание стоявших вокруг меня людей. Но как северное сияние озаряет полярную ночь, так и тьма начала рассеиваться перед всплесками ярких цветов. Каждый Связующий сфокусировал свои способности для освещения этого неимоверного зала. Тьма хоть и частично, но всё же уступила место беснующейся радуге.
Некоторые из магов достали свои трости, которые до этого мне казались обычными посохами, и стукнули ими о пол. Наконечники тут же зажглись танцующими языками пламени. У самой же их предводительницы Эвелин не было ни тростей, ни каких-либо других приборов и атрибутов. Раскрыв ладонь, она тихо произнесла: «Кай». В её руке вспыхнул клубок огня. Он вертелся вокруг её пальцев и катался по ладони, подчиняясь её воле. Судя по безмятежному лицу колдуньи, боли она не испытывала.
В магии я не силён, однако каждый Связующий знает, что «Кай» это школа огня, «Фиора» – школа воды, «Шакай» – школа воздуха, а «Дагара» – земли.
Эрза и Конрой тоже не стали мешкать. Эрза со своими алхимиками, стоя позади всех, начали доставать из своих портфелей, рюкзаков и карманов маленькие бутылочки с жидкостями. Поднося их к губам, они тихо, почти шёпотом произносили какие-то непонятные мне заклинания. Бутылки вспыхивали ослепительным светом, после чего алхимики швыряли их в стены, двери и на пол. Жидкость из разбившихся бутылок разбрызгивалась по комнате; всё, что с ней соприкасалось, начинало испускать бледно-зелёный свет.
Алхимики еле двигались, будто обессилев. Они спотыкались и падали, а некоторые даже роняли бутылки, обливая жидкостью свои ноги. Так же чувствовали себя и заклинатели.
Внезапно один из легионеров с коротким вскриком исчез, просто растворившись в темноте. Несколько секунд спустя крик донёсся с противоположной стороны: один из магов испарился, будто его никогда и не было. Я не понимал, что происходит. Как что-то могло незамеченным проникнуть в замок?
Связующие пропадали один за другим, и никто ничего не мог разглядеть, несмотря на разлитую повсюду светящуюся жидкость. Это была не схватка, это было истребление. «Ли, надо что-то делать!» – крикнула мне Нина. Это был именно тот момент, когда я и пожалел, что сам же и втянул в себя в ситуацию, где от меня столько ждали.
