Они смотрели на меня со страхом в глазах. Для них я был самым воплощением зла. Так и есть. Однако я – необходимое зло, которое нужно человечеству для выживания. Я видел эту картину уже не один раз… Они падают на колени, грязная дождевая вода смывает с них чужую кровь, хватаются за мои ботинки: «Пощади! Умоляю! У меня жена и дети! Кто же их будет растить? Кормить? Я буду молчать, обещаю!» А затем слухи расползаются, как размножаются черви в навозе. Сначала идёт мольба, затем басни в тавернах, а затем паника, хаос и бессмысленная охота на ведьм… Я не могу допустить краха нашего и без того робкого общества. И хоть я и не хочу этого делать, но я вынужден, и я это сделаю безо всяких сожалений.
Я дал им около минуты, чтобы впитать всю истинность этой безысходной для них ситуации, медленно развернулся, зашёл в каюту, сел на стул и зажёг табак. Они не заставили себя долго ждать: звон сабель донёсся через пару мгновений. Затем последовали крики и стоны. Это длилось недолго. Мне оставалось лишь взглянуть на счастливчика-победителя.
Когда я вышел из каюты, Новый Мир был уже на горизонте, и попасть туда заслужил вот этот старый коренастый моряк. Он стоял с кухонным ножом в руке, весь покрытый кровью, и смотрел на меня глазами убийцы. Он ненавидел меня. Я уверен, что на мгновение он сжал нож и был готов кинуться на меня… жаль, что он этого не сделал. Вот оно, моё творение. Мой собственный человеческий демон. Созданная мной машина для убийств, которая пойдёт на всё, чтобы остаться в живых. А разве не все мы таковы?
Я медленно спустился вниз, стараясь не запачкать своё и без того разорванное в схватке с Абрахамом пальто, и подошёл к моряку.
– Поздравляю сударь, вы победили.
Глаза моряка расширились и по его лицу пробежала радость, сравнимая с радостью от рождения первенца.
– Я… значит, я буду жить?
Он приготовился услышать хорошую весть, заранее подняв брови и расширив свой рот для улыбки.
– Не будете, – с этими словами мой клинок пронзил его сердце. Я сделал это быстро и безболезненно.
«Выходи, всё кончено», – позвал я. Из одного из ящиков вылез маленький мальчик, лет девяти или десяти. Он прятался хорошо и не издавал ни звука, но я издалека слышал быстрое и хаотичное биение его сердца. Страх сковывал мальчика, и он еле держался, чтоб не упасть в обморок. «Ты боишься?» – спросил я его, вытирая клинок платком. Он сжал кулаки и выпрямился:
– Боюсь, но не вас.
– Тогда чего же ты боишься, мальчик? – озадаченно спросил я его.
Он опустил голову, будто припоминая что-то из своего прошлого, а затем ответил:
– Что всё, что мне рассказывала мама, правда. Что всё это существует…
– И где же сейчас твоя мама?
Мальчик покачал головой.
– Я научу тебя, как справляться с тем, чего не должно быть в нашем мире, – пообещал я.
Интересно, а включает ли это «не должно быть в нашем мире» и меня?..
– Как тебя зовут?
– Джереми Райан.
Первый год нового тысячелетия. Новый Мир был таким же, как и старый: грязный, дешёвый, мерзкий и пропитанный запахом рыбы. Не знаю, на что я надеялся – после стольких лет на этой Земле, я мог бы и догадаться заранее. Я и Джереми подожгли судно и доплыли до берега на лодке. Я знал, что новость о моём благополучном пришествии на Новую Землю не заставит себя долго ждать. Так и случилось – на седьмой день нашего пребывания в порту в таверну вошли два незнакомца в красном.
– Сэр Тимоти, извольте минутку вашего внимания, – учтиво обратился один из них.
– Ну изволю, изволю, – кивнул я ему, держа руку на своём клинке.
Я был занят поглощением вкусного портового супа.
– Мы слышали о приказе Легиона, и мы не согласны с этим решением!
– Вы проделали путь с одного конца мира в другой для того чтобы сказать, что вы не согласны?
Эти инквизиторы хоть и выглядели закалёнными в боях, но передо мной они таяли как медузы на солнце.
– Н-н-нет, сэр. То, как они поступили с вами, неприемлемо. Вы, сэр Тимоти, один из самых преданных инквизиторов и защитников нашего общества…
– Меньше лести, парень. У тебя времени ровно столько, сколько у супа в моей тарелке, – поторопил я его.
– Сэр Тимоти, мы больше не можем считать себя членами организации, которая приказала такое. Мы желаем присоединиться к вам!
Это было неожиданно. В своей голове я прокручивал самые разные варианты, но ни один из них не включал в себя какого-либо союза.
– Вы будете делать то, что я вам скажу и когда скажу, без вопросов.
Молодые по сравнению со мной юноши переглянулись, а затем кивнули в знак согласия. Так это всё и началось. У меня и в мыслях не было быть вожаком, однако они сами сделали меня им.
Время шло, годы летели, мир развивался… мир менялся. Менялись люди, менялись анклавы, менялись организации и Связующие, но не я. Я отказывался меняться. Я всё ещё чувствовал тёплую кровь убийц своих родителей, стекающую по моему лицу. Вкус железа застрял у меня в памяти, как куриное мясо в зубах. Я не могу простить и не могу забыть.
