— Больше нет. Алесио заметил мое появление и решил, что я их подменю. Они ушли, и теперь я тут застрял. Мне не нужно напоминать тебе, какая это серьезная проверка моего самообладания. Ты за это поплатишься, Моретти. Попомни мои слова, черт подери.
Он повесил трубку при звуке веселого смеха друга и попытался очистить разум. Пустое сознание обеспечивало спокойствие. Очистить разум. Очистить разум.
Бесполезно. Винсент не был спокоен, потому что Ника держала его стальной хваткой.
Шлепанье босых ног по деревянному полу заставило поднять взгляд и увидеть Нику, все еще в обтягивающем топе и симпатичном синем халате. Она определенно не тратила времени зря, потому что вместе с набором, в ее руках были стерильные бинты, марля, пластырь и еще несколько полотенец. Шкафчик в ванной очень хорошо укомплектован.
Винсент украдкой вытер пот со лба и постарался не смотреть на спутанные после сна волосы Ники.
Открыв один из шкафчиков, девушка потянулась и достала миску для воды. Винсент старательно отводил взгляд от длинных стройных ног.
— Против правил будет спросить, как ты получил это ранение? — поинтересовалась Ника, ставя миску на стол и придвигая стул.
Уже готовый ответить «да», Винсент по какой-то глупой причине решил, что не хочет злить ее, скрывая информацию.
— Меня задели, когда помогал твоему брату.
Она замерла и заглянула ему в глаза. Яркий свет выхватил темнеющий ушиб на щеке.
— Они с Ти-Пи не так давно отсюда уехали. Он же в порядке. Да?
— Все нормально. Я разговаривал с ним по дороге сюда, и они уже вернулись в клубный дом.
Ника прикрыла глаза и сникла, выглядя виноватой.
— Слава Богу, — выдохнула она. — Только тебя поранили?
В чем она себя винила? Он пожал плечами.
— Не уверен. Ти-Пи был без сознания, когда я нашел их, так что у него, вероятно, болит голова. Но на подъезде оказались полицейские, и мы удрали. Не было времени мериться ранами. — У Винсента кровь зашумела в ушах, когда он вспомнил, что ему рассказал Лори о мертвых девушках.
— Что произошло? Как ты там оказался?
Из-за смущения Винсент рявкнул.
— Неважно.
Она открыла набор и пожала плечами, словно ей было все равно. И это выбесило. Да, выбесило, потому что
Просушив руки бумажным полотенцем, Ника вернулась и мастерски распутала черную нить, быстро вставила ее в изогнутую иглу и отложила на чистый кусок марли. Пальцы девушки были длинными и красивыми, оканчиваясь ноготками с белыми кончиками, которые бы приятно впивались в спину мужчины…
— Ты уже делала это прежде, — проворчал Винсент, его голос стал глубже, чем минуту назад. Это она так на него влияла.
Ника снова пожала плечами, и он заметил, что она больше на него не смотрит. Известно ли ей о нем столько же, сколько ему о ней?
— Я же говорила, — коротко ответила она и села. Но тут же снова поднялась на ноги. — Ненавижу тишину.
Винсент едва разобрал ее бормотание и успел сделать два глубоких вдоха до того, как Ника вернулась из коридора с док-станцией для айпада.
— Есть предпочтения? — бросила она через плечо, повозившись и включив устройство.
— Не слишком тяжелое.
Заиграл Jamming Боба Марли, и Винсенту понадобилось все самообладание не заорать, чтобы Ника выключила нахрен эту песню. Разве под нее люди занимаются хоть
Но он как хороший мальчик остался сидеть на месте. Ника подошла, молчаливая и натянутая как струна, и села на стул. Винсенту показалось, что его сейчас разорвет на части от того, как она развела ноги в стороны, чтобы сесть поближе к раненому плечу. Черт подери, он не собирался терять контроль.
— Ты говорила, что тебе приходилось проделывать такое с Калебом? — Любая тема, лишь бы отвлечься от девушки перед ним.
— М-м-м. — Она вытерла кровь и взялась за иглу.
Первые несколько обжигающих уколов по ощущениям походили на чувство, словно по руке прошлись пилой. Винсент стиснул зубы и выдавил:
— Поговори со мной, пока работаешь, Рыжая.
Он посмотрел вниз и увидел, как Ника прикусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая улыбку от его просьбы отвлечься. Но все же начала болтать.
— Если посреди ночи я слышала стук в окно своей спальни, то знала, что Калеб ранен. Помню такое облегчение от того, что он возвращался домой, что даже не возмущалась из-за бессонной ночи. Самое меньшее, что я могла сделать, это позаботиться о нем, верно? Поэтому тихонько поднимала стекло, Калеб хорошо смазывал его для таких случаев, и впускала брата в дом. Несколько раз он даже приводил с собой парочку своих ребят, чтобы им не пришлось отвечать на вопросы в больнице.
