Спасение мстителя (ЛП) полностью

— Ты Алесио Габриэля? О, мой Бог! — Она бросилась на красивого маленького засранца, обхватила его руками за шею и поцеловала в щеку —скорее в уголок приоткрывшегося от удивления рта. — Ты помог спасти Еву! Спасибо! Ты официально мой новый герой. Может, когда-нибудь встретимся, и ты мне расскажешь, что произошло тогда в хижине. Ева не хочет говорить со мной об этом, боится, что плохое натолкнет меня на воспоминания. Кажется, они думают, что я...

Пока она продолжала бормотать как глупы и одновременно милы попытки Евы защитить ее, Винсент пялился. На нее. В руках другого мужчины. Ее пальцы рассеянно играли с волосами на затылке Алесио. Тело прижималось к нему. Красивые губы, которые теперь попробовал на вкус кузен Габриэля, были в паре миллиметров от возможности сделать это снова. Все ее внимание было приковано к красивому лицу парня, который был ближе ей по возрасту, чем Винсент.

Но, в конце концов, это его будущее. Видеть ее с кем-то другим.

Алесио поднял ладони в полной капитуляции. Он качал головой, словно говоря: «Это не я. Я ничего не сделал».

Последняя нить контроля лопнула с опасным треском, и тело взяло верх. Винсент потянулся и схватил Нику под локоть, оттаскивая от идиота — ему повезло, что он находился в переполненном клубе. Развернув девушку к себе, он притянул ее практически вплотную, нос к носу.

— Больше. Никогда. Не бросайся при мне на шею другим мужчинам. Ты меня поняла? — Голос звучал, словно из преисподней, а выражению лица мог позавидовать сам Люцифер.

А Ника, не обращая внимание на сгустившиеся вокруг них тучи, мягкой ладошкой похлопала его по щеке и улыбнулась.

— Конечно. Конечно. — Она снова повернулась к парням, точнее, насколько могла, потому что Винсент не отпускал ее. — Было приятно познакомиться, мальчики. Надеюсь, мы снова увидимся, когда приду к Еве. Готов? — спросила она его.

Стараясь успокоиться, он скользнул рукой вниз по ее бедру и прижал к себе. Она с такой готовностью подчинилась, словно они делали это годами.

Ага. Годы станут для нее тяжкими, если он сдастся и сделает ее своей, чего ему так сильно хотелось. Украдет ее независимость, привязав к себе, гарантируя лишь вереницу опасных и вероятно жестоких дней, которые она не заслуживала. Возможно, это даже убьет ее, если она окажется в неправильном месте и в неправильное время, как в случае с той бомбой, что украла жизнь его матери. И все это время Ника будет прикована к человеку, у которого не осталось ни души, ни сердца.

Не этого он хотел для Ники.

Он сжал свободную руку в кулак и ткнул Вито в широкую грудь, а затем отшвырнул Алесио в сторону, не желая спускать произошедшее ему с рук.

— Увидимся позже, парни.

Пять минут спустя он уже забирался на водительское место, усадив Нику на пассажирское сиденье «Комбата».

— Внедорожник просто фантастика, — похвалила она, оглядываясь.

— Спасибо.

— Калебу, должно быть, очень нравится.

У байкера действительно было точно такое же глупое выражение лица, когда он видел «Комбата». Собственно, как и у Винсента при виде «Пагани Зонда» Максима. У всех свои игрушки.

— Это может быть глупый вопрос, — произнесла она, медленно вытаскивая ремень безопасности. — Ты водишь мотоцикл? Просто ты носишь кожу, поэтому мне стало любопытно.

— Да, у меня несколько байков.

Она замерла.

— Несколько? Правда? Какие?

— V-Rod, Street Glide и эксклюзивный чоппер, который я беру только по особым случаям.

Она присвистнула.

— Здорово. Значит, моделька на столике возле спальни Куана была твоей.

Винсент медленно повернул к ней лицо. Какого хрена она делала возле спальни Куана?

— Я ничего не вынюхивала, — быстро добавила она. — Заметила, когда шла к комнате Евы перед свадьбой, когда остановилась посмотреть на сексуальную картину, висевшую на стене.

Он пытался вспомнить, о какой картине она говорила, но в голове всплывали только всякие ангелы и прочая хрень.

— Я и не думал, что ты шпионила, Рыжая.

— Ох, хорошо. — Она снова потянула ремень и наклонилась в поисках застежки на бедре. Но опять замерла и посмотрела на Винсента. — Спасибо, Винсент. Что забрал меня оттуда и подвозишь. — Она положила ладонь на его запястье, но тут же резко отпрянула. Винсент нахмурился. — Прости, прости. Забыла.

Винсент нахмурился еще больше.

— Забыла что?

— Что тебе не нравится, когда я тебя трогаю.

Он чуть не расхохотался.

— Откуда, черт подери, ты такое взяла? — Его счастье, что она пьяна, потому что он не был способен скрыть, каким абсурдным он считает ее вывод.

— Ты зарычал на меня, когда вчера прикоснулась к твоей татуировке.

Попался.

— Я не рычал на тебя.

Ника подняла взгляд, делая очередную попытку пристегнуться и все еще не находя застежки, и изогнула бровь.

— О, да, еще как.

Винсент попытался придумать что-нибудь такое, что не прозвучало бы как ответ пятилетнего ребенка, но ничего не вышло. К счастью ей надоело ждать, и она вернулась к борьбе с ремнем.

— Почему я тебе не нравлюсь?

У него отвисла челюсть. Господи, какой смелой и болтливой она становилась, когда напивалась.

— Ты мне нравишься, — пробормотал он. Безумно.

— Не похоже.