Ее ноги тряслись, но она заставила себя обойти Маркаса и направилась дальше к выходу. Уже в коридоре, она сдержалась от дикого желания опереться рукой о стену. С каждым шагом ее шатало все больше, но она переборола себя. Нет, она пройдет этот путь на своих ногах, не падая, даже если очень сильно захочет. Сейчас было не самое подходящее время для жалости к самой себе.
Солнечный свет становился ярче, и Лилис приходилось морщиться. Проведя большую часть дня, вечера и ночи в темноте, ее глаза с трудом привыкали к такой болезненной яркости. Но она медленно шла вперед. Она не слышала шагов Маркаса за своей спиной, но была уверена, что он идет за ней.
Она выдержит и это.
На улице солнечный свет стал только ярче. Лилис остановилась, позволяя себе привыкнуть. Голова болела и ее начало знобить еще сильнее, даже несмотря на то, что солнце хорошо пригревало.
— Куда это ты собралась?
Лукан вышел ей на встречу и попытался удержать за руку, но Лилис увернулась, не позволяя ему прикоснуться к ней.
— Я хочу поговорить с вашим вождем, — громко сказала она. Не дожидаясь ответа, она прошла мимо Лукана. Она знала куда идти и не сомневалась, что отыщет Макгроу в главном зале.
— Не трогай ее, Лукан. Пусть идет. Мне будет интересно посмотреть на все это, — рявкнул Маркас, останавливая друга. Его взгляд уперся в выпрямленную женскую спину, пока Лилис шла по тропинке. Ее упорство поражало. И удивляло. Там, в тюрьме, он рассчитывал на то, что она испугается и выложит ему настоящую правду. Но вместо этого, она отправилась в пасть к зверю. Макгроу всю ее сознательную жизнь копил в себе ненависть к ее матери и к ней самой. Разве она не понимала, что он сметет ее с этой земли, если она откроет перед ним рот? Проклятая девчонка наверняка играет с ним и надеется, что он не позволит ей проболтаться.
— Что-то мне все это не нравится, — пробормотал Лукан, проходя мимо Маркаса и направляясь за Лилис.
Маркас выругался вслух, громко и жестко. Им двоим, не составило труда догнать Лилис, когда она уже поднималась по ступеням. Она скользнула по нему пристальным взглядом, укрытая покрывалом своих растрепанных волос. Своим невинным личиком она молила его о спасение? Даже если и так, Маркас ничего не сделал чтобы ее остановить. Ему стало интересно, как далеко она зайдет в своем фарсе. Поэтому, усмехнувшись, он молча кивнул на дом, показывая, что его совершенно не волнует, как она поступит дальше.
Во взгляде Лилис скользнула темнота, и она тут же отвернулась, закрываясь от него. И снова ни единого слова или знака просьбы. Вместо этого, осторожно и не торопясь она поднялась по ступеням, аккуратно придерживая юбку платья, чтобы не запнуться.
Храбрость покидала Лилис с каждым шагом, который приближал ее к главному залу. Она уже видела край длинного деревянного стола и очаг. Всего один шаг и Макгроу узнает ее тайну. Она должна сделать этот проклятый шаг. И Лилис уже занесла ногу над порогом, когда Маркас схватил ее за плечо, разворачивая к себе.
— Я тебя спасать не собираюсь, — рявкнул он, толкая Лилис к стене, — Даже если Лахлан пережмет твое прелестное хрупкое горлышко, можешь не рассчитывать на мою помощь. Я с радостью буду наблюдать за этим.
Лилис облизала губы. Маркас, словно завороженный, проследил за этим движением, забывая, о чем говорил раннее. Но Лилис помнила все.
— Я не прошу спасать меня, — мягко прошептала она, не дергаясь в его руках, — просто позволь нашему ребенку родиться. Поверь, он твой.
Маркас яростно зарычал, сжимая кулаки. Он не хотел мириться с той мыслью, что Лилис не врала. Он владел ею, как мужчина, о чем помнил до сих пор. Он знал, что его семя было в ней. Но только ли его?
Отбросив прочь сомнения, Маркас собрал в кулак ткань платья на плече Лилис и грубо втолкнул ее в главный зал. Лукан уже стоял здесь, рядом с Лахланом, который задумчиво подтягивал свой напиток из глиняной кружки. Лилис вытянулась, чувствуя напряжение, охватившее ее с головы до кончиков пальцев на ногах.
— Девчонка плохо выглядит, Маркас, — сказал Лахлан, ставя кружку на стол и поднимаясь на ноги, — Тебе следует лучше приглядывать за тем, что принадлежит тебе. Если это конечно так.
В зале повисло молчание. Маркас отошел от Лилис и прислонился бедром к спинке стула. Он ждал.
Лилис устала. Она устала бояться и ждать. Она должна быть храброй и спокойно встретить все, что ей уготовано. Ее взгляд скользнул к Маркасу.
— Я солгала вам, вождь Макгроу, — спокойно сказала она. Но даже в это мгновение она не отвернулась от Маркаса. Она знала, что сейчас доказывает ему свою честность. Пусть и таким жестким путем.
По-мужски тяжелой поступью, Лахлан обошел стол и остановился рядом с Лилис.
— Жаль, — медленно протянул он, покачав головой, — но мне все же интересно узнать, о чем именно ты солгала.
Взгляд Лилис скрестился с взглядом Маркаса в молчаливой борьбе. Или пытке. А может и в мольбе. Но все это оказалось бесполезным и вмиг разбилось об лед в мужских глазах. Смирившись с этим, Лилис повернулась к Макгроу.
