Интересно, какая лампа на кухне у этой светленькой бухгалтерши? Девушка она модная, и интерьер у нее, наверное, какой-нибудь современный, с металлическими изогнутыми светильниками. Он нянькался с ней больше недели, но, надо отдать ей должное, у бухгалтерши был золотой характер: она не капризничала, не истерила, а четко, последовательно и правдиво излагала информацию и описывала события.
Несмотря на свою приятную внешность и недешевые тряпки, эта молодая женщина не ломалась, не изображала из себя томное создание, а словно бы даже стеснялась, что доставляет ему столько хлопот. «Весьма приятных хлопот», — усмехнулся он. Вот уже и дело закрывают, а она что-то надумывает. Зазвонил мобильник. Бухгалтерша Аня быстро, звонким и немного детским голосом рассказала о том, как съездила в гости к Шестовой.
Сергей выслушал, хмыкнул, пожаловался на пробку, которая и не думает рассасываться, сказал, что обязательно заедет вечером к ней домой, и дал отбой. Потом закурил очередную сигарету и решил, что хотя дело об убийстве Гербер и самоубийстве Красовского закрывают, но можно проверить один момент, и набрал номер Бобырева.
Алина раздраженно затушила только что прикуренную сигарету. В горле першило, глаза слезились от дыма, заполнившего кухню, не спасала даже мощная вытяжка. Алина Станиславовна Шестова сосредоточенно думала. В большой квартире было необычайно тихо, семнадцатилетняя дочь ушла к репетитору, а муж не жил дома уже неделю. При воспоминании о муже снова нестерпимо захотелось курить.
«Ненавижу, ненавижу!» У нее зубы застучали от ярости. Ну ничего, теперь-то уж точно будет все так, как захочет она. Она, Алина, добилась в жизни стабильности и определенного достатка, она кандидат экономических наук, доцент и высокооплачиваемый преподаватель, она хороша собой и успешна и никому не позволит рушить ее жизнь, вот эту респектабельную, красивую, образцово-показательную жизнь! Она выстраивала ее по кирпичику, день за днем, год за годом, и этот благополучный мир не может рухнуть в одночасье.
Как теперь она понимала свою мать, которая после развода с отцом превратилась в совершенно другого человека! Ее мать, эффектная, амбициозная и очень гордая дама, тщательно выстраивала имидж своей семьи, но внезапно семейный корабль дал трещину. Отец после двадцати лет брака ушел к другой женщине. Алине тогда исполнилось восемнадцать, у нее случился головокружительный роман с московским геологом, и вся эта история родительского развода прошла для нее практически безболезненно. В мечтах она уже жила в Москве и прикидывала, где же лучше им поселиться с геологом — на Кутузовском проспекте, у его старенькой бабули, или же упросить родителей геолога разменять квартиру.
Роман оборвался внезапно, Алина огорчилась: черт побери, она же почти жила на Кутузовском! Впрочем, геолог как таковой ее не особенно волновал, бабуля геолога интересовала Алину гораздо больше. Но — «прощай, грусть!» — намечался новый, еще более упоительный роман.
И в перерыве между романами Алина глазами, пока не затуманенными новой любовью, взглянула на мать. И ужаснулась. Из холеной, строгой и элегантной дамы мать превратилась в исхудавшую старуху. Старуху, которую не интересовали наряды, курорты, карьера и все прочие блага прежней светской жизни.
Алина срочно начала тормошить мать, хотя они никогда и не были особо близки, но смотреть на это угасание пятидесятилетней женщины было невозможно. Слава богу, следующий роман закончился удачно, она вышла замуж за Михаила, вскоре родилась дочь, и именно внучка помогла ее матери вновь ощутить интерес к жизни.
Что там говорила эта дура Анютка о том, что нужно разойтись цивилизованно и не держать возле себя мужа, который тебя не переносит, и что в тридцать восемь лет все только начинается?
Ага, что-то у нее в ее тридцать семь почему-то ничего не начинается. Нет, она, Алина, конечно же, разойдется со своим никчемным мужем, но только тогда, когда сама этого захочет и найдет подходящую кандидатуру на роль нового супруга. Она представила, как, небрежно взмахнув холеной рукой с безупречным дорогущим маникюром, она скажет своим приятельницам, удовлетворенно улыбаясь: «Этот бестолковый Шестов ничего не смог дать мне, он совершенно бездарен, а я достойна лучшего… Мы едем в Париж в свадебное путешествие с моим любимым…» В Париже она была несколько лет назад и влюбилась в этот город безоглядно. Она представила себе прогулки по Монмартру и Тюильри, завтрак с яблочным пирогом и чашкой горячего шоколада, ужин в маленьком ресторанчике на берегу Сены, боже мой, как это прекрасно! Но пока в Париж ехать было не с кем, и поэтому Шестов останется при ней любой ценой. Алина хмыкнула. Хорошо сформулировано: любой ценой, и, главное, цена известна. А дура Анька пусть продолжает искать свою большую светлую любовь. Она девушка слегка двинутая, она считает, что тяжело жить с нелюбимым мужчиной только ради материальных благ, вот пусть и пластается в своей бухгалтерии с утра и до ночи, раз не хочет идти на компромиссы.
